Форум » Вандея, зима 1793 года » Глава 1. Старые связи. » Ответить

Глава 1. Старые связи.

Эмиль де Сертен: Эмиль жестоко маялся от безделья. Любой другой на его месте, наверное, был бы счастлив получить передышку, пищу кров над головой после нескольких месяцев, проведенных в лесах с отрядами повстанцев... Бывший граф тоже наслаждался, но лишь первые несколько дней. Но вот минул уже почти две недели с тех пор, как он поселился в этом доме и носа не кажет на улицу. Сертен признавал, что ему вообще-то несказанно повезло в первый же день пребывания в Нанте, куда он проник под покровом ночи, минуя сторожевые посты новых хозяев города. Ему посчастливилось встретить свою бывшую любовь. Девушка с которой юный граф когда-то весело проводил время на сеновалах родного поместья, а нынче почтенная замужняя женщина не только узнала бывшего сеньора, но и тут же предложила тому свою помощь. Сперва Эмиль гордо отказался - негоже подвергать такому риску чужую семью. Ведь все знают, как республиканцы наказывают тех, кто укрывает роялистов... Однако молодая женщина проявила достаточно красноречия, а Эмиль был достаточно измучен лишениями последних недель, что позволил себя уговорить. Муж давней подруги если и был недоволен внезапным появлением в доме "кузена из отдаленной деревни", то в присутствии графа вида не подавал.

Ответов - 80, стр: 1 2 All

Жюли Дебриер: Хозяйка дома, госпожа Дебриер, сидела в соседней комнате и прилаживала кружевные манжеты к сорочке супруга. Однако сегодня игра плохо слушалась её, и Жюли исколола все пальцы, покуда сделала несколько стежков. То и дело поглядывая сквозь полуоткрытую дверь на притихшего возле окна Эмиля, госпожа Дебриер подавила тяжкий вздох. Когда-то поразивший воображение юной девушки красавчик-граф так изменился за эти годы... Ради их былой любви она пустила его в свой дом, представила тут же подозрительно насупившемуся мужу кузеном, страшно рискуя своей репутацией и безопасностью семьи. Но вместо благодарность бывший любовник тут же принялся вводить свой устав у чужом монастыре. Он совершенно буднично и доверительно поведал Жюли о своем намерении устроить в Нанте контрреволюционный мятеж, чем поверг бедную женщину в ужас. Госпожа Дебриер весьма насторожено относилась к республиканцам - по большей части грубым, неотесанным и жадным выходцам из беднейших городских трущоб. И вместе с революцией пришли голод и нужда. Пока в доме мэра еще могли позволить себе питаться трижды в день, но в последние недели все труднее и труднее становилось добывать на рынке самые необходимые продукты, и цены росли не по дням и по часам. При добром короле Людовике тоже случались неурожайные годы, но таких тотальных несчастий Жюли не припоминала. Люди не жались к стенам домов, не боялись сказать лишнего слова...

Кристоф Вайрэ: Кристоф де Вайрэ, бывший капитан Шамборанского полка, провел это утро за толковым, успокаивающим нервы занятием. Он сидел за столом у окна и чистил пистолет - долго и с подчеркнутой аккуратностью. Если бы кто-то увидел «гражданина учителя» в эти минуты, этот «кто-то», пожалуй, поразился бы видимому удовольствию, которое читалось на лице Кристофа. А между тем, поводов для хорошего настроения не было. Город словно окутался пеленой тишины. Гроза уже прокатилась по этим улицам, оставив за собой немало убитых, но все говорило о том, что это еще не конец. И город ждал, старательно делая вид, что все это пустяки и обыденная жизнь никогда не выходила из своего русла. Получалось плохо. Напряженность, повисшая в Нанте, давила на нервы. Кристоф не раз ловил себя на мысли, что в ответ на натянутые улыбки горожан («Здравствуйте, гражданин учитель!») начинает холодно прикидывать – «а где ты был тогда, когда столь многое зависело от каждого, на чьей стороне?». Впрочем, в большинстве случаев Вайрэ знал ответ. Закончив чистку оружия, Кристоф аккуратно убрал все со стола, бросил взгляд на часы и присвистнул – ему давно пора было выходить. Госпожа... Тьфу, черт – гражданка Дебриер, должно быть, уже ждала его у себя. У выхода Вайрэ едва не забыл трость. Прихватив ее со стойки, Кристоф, привычно прихрамывая, вышел из дома и вскоре уже стучался в знакомую дверь.

Жюли Дебриер: Погруженная в свои печальные размышления, госпожа Дебриер вздрогнула, когда из прихожей донесся стук дверного молотка. Муж вернулся раньше обычного?.. Отложив в сторону свое шитье, и бросив последний взгляд на бывшего графа, все так же безучастно глядевшего в окно, молодая женщина отправилась открывать (у служанки сегодня был выходной). Перед тем как взяться за тяжелые железные засовы, госпожа Дебриер выглянула в расположенное на уровне глаз маленькое окошечко. Последние месяцы приходилось быть осторожными... - Ох, мэтр Вайрэ! Добрый день, проходите... - о том, что она совершенно позабыла о назначенном визите, Жюли предпочла умолчать. Боже, какая она сегодня рассеяна! Господин граф все еще сидит в гостиной! может быть у него хватит смекалки уйти в жилые комнаты при звуках незнакомого голоса?.. Распахнув дверь перед гостем, госпожа Дебриер взволнованно затеребила кружевной передник. Мэтр Вайрэ вот уже несколько месяцев занимался образованием своей соседки. Выходя замуж, Жюли едва могла нацарапать на бумаге свое имя, но став уважаемой матронной сочла, что супруга мэра должна знать не меньше, чем эти расфуфыренные сверх меры жены и дочери городских буржуа.

Кристоф Вайрэ: - Добрый день, - улыбнулся гость, отмечая некоторую напряженность в поведении ученицы. Сделав шаг через порог, Вайрэ на всякий случай негромко поинтересовался, не пытаясь пройти дальше: - Может быть, я не вовремя? Сообразив, что его слишком внимательный взгляд может смутить хозяйку дома, Кристоф улыбнулся ей, поддерживая репутацию человека мягкого и воспитанного. Если второе он мог сказать о себе с полным правом, первое не соответствовало его характеру ни на йоту, но кому какое было до этого дело...

Жюли Дебриер: - О нет, все в порядке. Пойдемте в гостиную. - Госпожа Дебриер взяла себя в руки. В конце-концов ничего страшного не случится, граф наверняка уже ушел. - Но, боюсь, я не выполнила те упражнения, что вы задали мне в прошлый раз... Жюли слабо улыбнулась, и впереди учителя поспешила в гостиную... О матерь божья, Эмиль! Он не только не ушел, но заинтересованно выглядывал в комнату.

Эмиль де Сертен: Эмиль действительно не ушел. И, игнорируя гневный взгляд госпожи Дебриер, сдержанно поклонился незнакомцу. - Добрый день. Пришелец выглядел довольно миролюбиво и безобидно, что успокоило графа де Сертена. О присутствии в доме "кузена" мало кто знал, а вот о том, что мадам Жюли в дневные часы бывает одна - очень многие. Мало ли кто мог попытаться угрозами или шантажом вломиться в дом в отсутствие хозяина? Эмиль готов был в случае необходимости защитить жизнь и имущество приютившей его женщины.

Кристоф Вайрэ: Кристоф не так заинтересовался невыполненными упражнениями Жюли, как смутно знакомым человеком в ее гостиной. Итак... Аристократ, чего не скрывает, недурно воспитан и совсем молод. - Рад приветствовать, - сдержанно улыбнулся отставной гусар. – Кристоф Вайрэ, к вашим услугам. Выполнив долг вежливости, роялист повернулся к хозяйке дома: - Ничего страшного, ведь у вас гости. Я уверен, что вы все выполните до нашей следующей встречи. Может быть, отложим урок?

Жюли Дебриер: - Ах нет, все в порядке. Мне не хотелось бы пропустить урок, - хозяйка дома протестующе вскинула руки. - Это мой кузен Эмиль, - объявила она, не дав графу времени открыть рта. - Его присутствие меня ничуть не стеснит.

Эмиль де Сертен: Эмиль чуть нахмурился, когда мадам Жюли его перебила. За кого она его принимает, если боится, что он вдруг представится совершенно незнакомому человеку полым титулом?.. - Все равно смею мешать вашим занятиям, - он снова чуть поклонился.

Кристоф Вайрэ: Кристоф понимающе кивнул, скрывая в глазах иронию. История семейства Дебриер была ему немного знакома, и Вайрэ в кошмарном сне не мог себе представить, что у Жюли вдруг окажется кузен из аристократов. И кто же этот молодой человек на самом деле?.. Роялист? Скрывается от властей? Здесь, в доме мэра? Ну, дела... Или... Или провокатор? - Ну что же. Тогда приступим? – обаятельно улыбнулся Кристоф. – Возможно, вашему кузену тоже будет интересно. Вы напомните мне, на чем мы остановились?

Жюли Дебриер: - В прошлый раз мы говорили о географии, - Жюли уселась за большой стол в центре комнаты. - И еще немного о литературе. И эти ужасные правила переноса слов со строки на строку... - Молодая женщина вздохнула.

Кристоф Вайрэ: - О литературе и географии... - Кристоф сел напротив, прислонив трость к стене. - Ну что же, давайте вспомним, о чем у нас шла речь. Я полагаю, вы можете перечислить ближайших соседей Франции? Предоставив Жюли время подумать, Вайрэ подвинул стул, чтобы сидеть вполоборота и к мадам Дебриер, и ее "кузену". Ему хотелось рассмотреть Эмиля получше, сделав это по возможности ненавязчиво.

Эмиль де Сертен: Граф подавил улыбку, видя как госпожа Дебриер сосредоточенно морщит носик, пытаясь воскресить в памяти прошлый урок. Не желая мешать, он уселся в кресло и взял со стола книгу. По счастью это был не учебник грамматики, а пьесы Мольера. Господин Дебриер держал в доме неплохую библиотеку.

Жюли Дебриер: - Италия?.. - неуверенно предположила Жюли. Их приходской священник как-то обмолвился, что он родом из Италии. Значит это где-то неподалеку.

Кристоф Вайрэ: Вайрэ ободряюще посмотрел на свою ученицу. - Италия, хорошо. Может быть, мадам удастся вспомнить еще какие-нибудь государства? Например те два, с которыми у нас постоянно возникают то политические разногласия, то хрупкий мир?

Жюли Дебриер: В широко раскрытых голубых глазах мадам Дебриер читалась искренняя растерянность. - Северная Америка?..

Верховное Существо: Но мадам Дебриер так и не успела продемонстрировать свои знания (или природную смекалку): учителя и ученицу потревожил стук в дверь. Секционный комиссар в сопровождении национальных гвардейцев по приказу прибывшего из Парижа начальства обходил дома и проверял документы жителей. У кого не оказывалось свидетельства гражданской благонадежности, того предписывалось арестовать согласно закону о подозрительных. В дом семейства Дебриер комиссар сначала не хотел даже заглядывать. Ну ясно же, что у мэра и его родичей с документами все в порядке. Но, с другой стороны, приказ есть приказ. Велено обойти все дома - значит, надо обойти их все, чтобы не иметь потом неприятных бесед с этим самым Каррье, а то боже упаси... И комиссар решился потревожить покой гражданки Дебриер.

Жюли Дебриер: Когда раздался стук дверного молотка, Жюли удивленно оглянулась... Она точно не ждала других гостей. - Прошу меня простить, я схожу узнаю кто это, - извинилась хозяйка дома поднимаясь со стула. - Дорогой брат, оставляю на твое попечение мэтра Вайрэ. Проследовав в прихожую и на ходу поправляя передник и манжеты, госпожа Дебриер не испытывала никаких дурных предчувствий. Так же безбоязненно супруга мэра выглянула в дверное оконце... И с трудом заставила себя не отшатнуться прочь: на пороге стояли люди с республиканскими кокардами на шляпах. - День добрый, гражданка. - Главный из пришедших чуть ли не извинялся. - Просу прощения, что вынуждены потревожить ваш покой, но по приказу передставителя Конвенат мы проверяем документы всех жителей квартала. не беспокойтесь, эта формальность не отнимет у вас и ваших домочадцев много времени...

Поль Бюсси: …Поль Бюсси был человеком спокойным и добросовестным, а его стремление строить новую жизнь ничуть не мешало мечтам о семейном счастье – в этом же году (по республиканскому исчислению, разумеется) он собирался жениться. Получив задание проследить, как местные власти справляются со своей работой, он отправился по тому же маршруту, что и секционный комиссар. Дом Дебриеров был пятым по счету в этой проверке благонадежности; подняв повыше воротник плаща – на улице холодало, Поль прислонился к стене соседнего строения, пользуясь тем, что его лицо пока не примелькалось местному населению. Почему-то он был уверен, что задание не сулит никаких неожиданностей, а значит, до возвращения в штаб он успеет посмотреть город – который ему на удивление понравился. «Привет и братство, граждане! Проверка документов», – слегка сонно подумал он, наблюдая за тем, как комиссар общается на пороге дома с местной жительницей. Нет, все же на этот раз стоит подойти – нужно привыкать к новой работе. Поль содрогнулся при воспоминании о кипах деловых бумаг и поспешил подойти к коллеге. - Какие-то проблемы, комиссар? – спросил он первое, что пришло в голову, и поправил шляпу.

Жюли Дебриер: На мгновение у Жюли от ужаса закружилась голова. Это облава! Но кто мог узнать и выдать господина графа?!. Однако республиканцы вели себя вежливо, и у молодой женщины зародилась надежда, что все обойдется. - Я сейчас принесу и покажу вам свои документы, - она безмятежно улыбнулась, хотя сердце в груди стучало так, что его, казалось, должны были слышать даже жители соседних домов. - Обождите минуту...

Эмиль де Сертен: *** В гостиной Жюли что-то задерживалась, из передней доносились незнакомые голоса. Эмиль оторвался от чтения и рассеянно взглянул на учителя. - Странно... Кто это там пришел?

Кристоф Вайрэ: Вайрэ, внутренне привычно собравшись в комок и сохраняя безмятежное выражение лица, повел бровью: - Судя по всему, незваные гости. Мадам Дебриер их не ждала... А если судить по тому, что наша гостеприимная хозяйка не зовет их в дом, люди на службе. Кристоф улыбнулся. - Может быть, трубочисты. Может быть, проверка документов.

Поль Бюсси: Поль заметил волнение хозяйки, однако счел его вполне естественным и не переходящим границ, за которыми его можно было бы счесть подозрительным. Когда гражданка Дебриер ушла, он молча принялся рассматривать неброское убранство передней. Любые разговоры в такой ситуации были бы неуместны, а также, надо признать, ему льстил ореол загадочности, сопровождавший «гостей» из Парижа. Молчание более чем соответствовало созданию нужного настроя, и Бюсси, пока не слишком уверенно чувствуя себя в новой должности, полагался и на дополнительные способы произвести впечатление. Однако на сей раз неприступность до конца изобразить не удалось – потому что Поль мыслил здраво, а здравый смысл подсказал ему, что не худо будет попросить у женщины кружку воды. И, чтобы не гонять хозяйку дважды, он прошел глубже в дом, где, остановившись рядом с закрытыми дверьми гостиной, громко попросил об услуге.

Жюли Дебриер: Между тем Жюли бросилась отнюдь не в кабинет супруга, где хранились документы и её свидетельство о благонадежности. Расправив плечи и спрятав руки под передник (чтобы никто не видел, как дрожат её пальцы), молодая женщина неторопливо проследовала в гостиную. Со все тем же непроницаемым и равнодушным выражением лица (ведь тут сидел учитель!), мадам Дебриер подошла к столу и тихо, так чтобы слышали её только пристутствующие в комнате, сказала: - Дорогой брат, предупреждала тебя, что позабыть свое свидетельство о благонадежности в кармане отденной на починку куртки - верх легкомыслия. Это может быть неверно истолковано добрыми гражданами, что почтили наш дом своим визитом... Поэтому, чтобы тревожить их зря, я прошу тебя на время уйти... в жилые комнаты.

Эмиль де Сертен: Эмиль понял все еще до того, как его бывшая любовница закончила говорить. Быстро и бесшумно поднявшись с кресла, он бросил настороженный взгляд на Вайрэ. Тот мог сболтнуть лишнее... Или поднять крик. Рука Сертена непроизвольно потянулась к тому месту на поясе, где прежде висел пистолет. Но увы, сейчас оружие лежало спрятанным на чердаке. - Сударь, может быть вы прогуляетесь со мной? Пока, гхым, добрые граждане проверяют документы, мы успеем взглянуть на новую конюшню на заднем дворе. Мэтр Дебриер утверждает, что внутри она оборудована лучше, чем в Версале... Граф уже стоял в дверях. Даже если учитель вдруг поднимет тревогу, он успеет скрыться.

Кристоф Вайрэ: Реакция «кузена» немало позабавила бы Кристофа, если бы не слова хозяйки дома о том, что месье Эмиль не имеет документов. - Не дергайтесь, - негромко предупредил Вайрэ. – Я бы на вашем месте послушал мадам и поднялся в жилые комнаты. Если вы сейчас попытаетесь выйти из дома, вас заметят.

Верховное Существо: Комиссар озадаченно покосился на парижское начальство. Как-то это возня в комнатах ему не нравилась. И послышались мужские голоса... - Не войти ли нам? - спросил он негромко.

Эмиль де Сертен: Эмиль нахмурился. - Дом могут обыскать. - Но ждать и препираться дальше не было времени. Не хотелось испытывать терпение добрых граждан... Граф быстро закрыл за собой дверь и бесшумно взбежал по лестнице на второй этаж.

Поль Бюсси: Бюсси, подошедший к гостиной ближе к концу разговора, оглянулся. - Хороший вопрос, гражданин, - он постарался добавить в голос недовольных ноток, чтобы скрыть секундную растерянность, - но в таких случаях не спрашивают, а действуют. Или вам на все нужны указания? – Последнюю фразу он проговорил, распахивая дверь. - Гражданка, вы не говорили, что у вас гость. – Бюсси положил руку на пистолет, надеясь, что остальные догадаются подтянуться. – Верю, что он представится сам или вы представите его, и объясните происхождение второго мужского голоса.

Верховное Существо: Комиссар маячил сзади, глядя на парижанина с растущим уважением и некоторой робостью. Вот это революционная решительность! Ничего не скажешь! Но перед женой мэра было несколько неловко за это не вполне вежливое вторжение.

Жюли Дебриер: Граф, кажется, успел скрыться незамеченным. Сейчас это было главным, и госпожа Дебриер спокойно обернулась к республиканцам. - Гражданин комиссар, я понимаю, что вы лишь выполняете свой долг. Но это всего лишь наш сосед, который учит меня географии. - Жюли вызывающе вздернула подбородок. - Спросите любого из жителей нашей улицы, они подтвердят, что гражданин Вайрэ частый гость в моем доме. Важно было потянуть время, чтобы господин графу успел спрятаться... И оставалось только молиться о том, чтобы Вайрэ оказался порядочным человеком и не погубил их всех...

Кристоф Вайрэ: Кристоф, прихрамывая и сильнее обычного опираясь на трость, дошел до дверей гостиной и остановился, с интересом рассматривая комиссара и его спутников. Смотреть на людей при исполнении подобным взглядом мог только человек с кристально чистой совестью. Впрочем, подобным образом смотрят и люди, лишенные совести вовсе... - Добрый день, граждане, - вежливо поздоровался Вайрэ, и повернулся к мадам Дебриер: - Ну почему же только географии. Вы способная ученица, и скоро будете отлично разбираться и в естественных науках, и в литературе... Чтобы убрать намек на замешательство, Кристоф вновь обратил внимание на республиканцев и пояснил: - Я учитель. Меня зовут Кристоф Вайрэ, свидетельство о благонадежности у меня всегда с собой. Желаете взглянуть?

Поль Бюсси: - Да, гражданин. - Бюсси повернулся к секционному комиссару и негромко распорядился: - Пусть двое следят за домом снаружи. Таким образом, четверка гвардейцев поредела ровно наполовину. Достаточно для того, чтобы справиться с непредвиденными осложнениями, ну а другой паре оставалось внимательно следить за всеми возможными выходами, включая окна.

Кристоф Вайрэ: Кристоф неторопливо протянул незнакомому комиссару требуемое и принялся ждать результатов, размышляя о том, что Жюли, похоже, связалась с роялистами и вполне может вот-вот за это поплатиться. Это было так непохоже на мадам Дебриер - кто бы мог подумать, что она захочет влезть в политику? - что Вайрэ поневоле предположил, что именно этот роялист, который скрывается сейчас наверху, чем-то дорог хозяйке дома.

Поль Бюсси: Документ помощник Каррье изучал долго, хотя в бланке, заполненном не слишком аккуратным почерком, не было ничего необычного или подозрительного. Он хотел проследить за реакцией хозяйки дома. - Где же второй посетитель? – поинтересовался Бюсси, не отдавая свидетельство.

Жюли Дебриер: - Второй? - удивилась Жюли, тоже подходя поближе. - Но мы были вдвоем. Мой супруг, как вам наверное уже известно, мэр этого города, дела задерживают его на службе до позднего вечера. - Взгляд мадам Дебриер выражал полную безмятежность. - Желаете взглянуть и на мои документ тоже, гражданин комиссар?

Кристоф Вайрэ: Кристоф с обаятельнейшей из своих улыбок сделал шаг вперед. - Я понял, что смутило вас, гражданин, - Вайрэ склонил голову, рассматривая свое свидетельство в руках комиссара. - Я читал мадам Дебриер Мольера в лицах... Каюсь, когда-то увлекался театром. Если мадам Дебриер не будет против, вы могли бы выпить чаю и послушать немного...

Поль Бюсси: Свидетельство о благонадежности гражданки Дебриер не слишком интересовало Поля, тем более в свете новых обстоятельств, но так он выигрывал драгоценные минуты для размышлений. Объяснение Вайрэ казалось смехотворным, однако не может же он без веской причины учинить обыск в доме мэра? Хорошее будет начало, если ничего не обнаружится. А если он недооценивает обстановку? Просто прекрасно, тогда уже Каррье сможет высказать ему все, что думает о подобной халатности. Нахмурившись, Бюсси наконец отдал учителю его документ и ожидающе посмотрел на хозяйку, ничего пока не отвечая на любезное приглашение. Однако что-то сказать было нужно, и он нехотя проговорил: - Был бы признателен, гражданка.

Жюли Дебриер: Вайрэ удостоился быстрого теплого взгляда. Удивляться и благодарить будем потом... - Соблаговолите обождать две минуты... - Жюли с достоинством скрылась в соседней комнате. Видимо документы теперь никогда не убирались слишком далеко - госпожа Дебриер вернулась совсем скоро со своим собственным свидетельством в руках. Топтавшиеся за спиной начальства солдаты снова смущенно потупились. Гражданин мэр скоро узнает о досмотре документов его семьи. Как бы не вылететь со службы на излишнее рвение... Хорошо столичной шишке, он скоро уедет восвояси, а гражданин Дебриер-то останется...

Поль Бюсси: Бюсси спокойно взял листок, полагая, что эта молодая гражданка должна его понять - нынче ни у кого нет привилегий. Он тянул время, соображая, что делать дальше - уверенности придавало то, что если наверху кто-то и есть, то убежать сейчас ему не суждено. - Гражданин Дебриер на службе, - констатировал он, изучая свидетельство - словно желая тем самым сказать, что будь мэр дома - документы проверили бы и у него, а так что поделаешь… И передал свидетельство обратно. - Так что вы говорили насчет Мольера? - Поль повернулся к Вайрэ.

Кристоф Вайрэ: - Я говорил, что я читал его в лицах, и предлагаю вам послушать немного... За чаем. – усмехнулся Кристоф. – Пройдемте в гостиную? Взгляд гражданки Дебриер только убедил его в том, что с «кузеном» дело нечисто. Ну, как бы там ни было, просто так отдавать роялиста в руки республиканцев Вайрэ не собирался. Конечно, прямое столкновение было бы сущей глупостью с его стороны, но почему не поиграть в древнюю как мир игру с простым названием «не слыша чужого шага?» Так разведчик крадется по лесу, не подозревая, что он уже на прицеле. Так вор крадется по дому, не подозревая, что за ним следят внимательные глаза, и дубинка сторожа уже занесена. Так игрок в шахматы радостно делает выгодный и очевидный ход, не подозревая, что на всем ходу влетел в расставленную ловушку... Кристоф, как истинный гусар, никогда не чурался некоторого позерства и с удовольствием играл в эту игру, тщательно заботясь о том, чтобы находиться на месте охотника, а не жертвы, которая думает, что она охотник. Вайрэ втихомолку надеялся, что затевать обыск комиссар все же не станет.

Поль Бюсси: Ну, довольно быть любезным. Еще не хватало стать посмешищем. Поль с досадой поправил воротник. Вас пугает Каррье – но на что вы жалуетесь при отсутствии уважения к властям, которые исполняют свой республиканский долг? - Читайте здесь, - холодно приказал он.

Жюли Дебриер: Госпожа Дебриер чуть нахмурилась. В присутствии супруги мэра никто давно не решался говорить в таком тоне. - Но давайте хотя бы присядем, пока мэтр Вайрэ будет читать нам, - промолвила Жюли, указывая на кресла. В этом доме распоряжается она. - И вы, граждане, - обратилась она к двум солдатам.

Поль Бюсси: - Вы присядьте, гражданка, - откликнулся Поль, - и вы также можете присесть, - кивнул он Вайрэ, - все остальные, кто здесь присутствует, находятся на службе. Он дал себе слово не проходить вглубь гостиной. Что за наваждение, черт побери. Хозяйка так наивна или надеется их очаровать?

Кристоф Вайрэ: Кристоф не стал садиться. Из гостиной он принес забытый Эмилем томик Мольера, принял расслабленную позу, и хорошо поставленным голосом объявил: - "Дон Жуан или Каменный Гость", действие третье, явление пятое. Отрывок. И уже обычным тоном добавил: - С вашего позволения, мне не хотелось бы повторяться, ведь мы начали читать до вашего прихода. Вайрэ откашлялся и, поглядывая на комиссара, начал наконец свое представление. По мнению вандейца, дон Алонсо страдал ослаблением связок и немалой гнусавостью, голос дона Карлоса напоминал обычный, чуть хрипловатый баритон самого Вайрэ, а вот читая партию дона Жуана, Кристоф постарался хоть немного приблизиться к говору Эмиля. (Дон Алонсо) - О, тебе не избежать гибели, изменник, и... (Дон Карлос) - Брат мой, остановитесь! Я обязан ему жизнью: если б не он, меня бы убили разбойники. (Дон Алонсо) - Так неужели же это должно помешать нашей мести? Любые услуги, оказанные вражеской рукой, ничего не значат и ничем не связывают нас. Если сравнивать услугу и оскорбление, то ваша благодарность, брат мой, здесь просто смешна, а так как честь бесконечно дороже жизни, то мы, собственно, ничем и не обязаны человеку, который спас нам жизнь, но отнял у нас честь. (Дон Карлос) - Я знаю, брат мой, какая для дворянина существует разница между честью и жизнью; благодарность за услугу не стирает в моей душе память об оскорблении, но позвольте вернуть ему мой долг и за жизнь, которой я ему обязан, рассчитаться тотчас же, отсрочив нашу месть и предоставив ему еще несколько дней наслаждаться плодами его благодеяния. ... Чтение Кристоф завершил, добравшись до четвертого действия, словами дона Жуана: - Что бы там ни было, довольно об этом. С улыбкой Вайрэ закрыл книгу, снова откашлялся и улыбнулся комиссару: - Очень философская вещь.

Поль Бюсси: …После того, как истекли первые три минуты, Поль думал прервать действо, но потом решил проверить, насколько хватит наглости у чтеца. А заодно поразмышлять. Ноги немного затекли, но это было незначительным неудобством по сравнению со всем остальным. Что ж, голос похож. С другой стороны, что помешало бы этому типу разыграть представление? Но так или иначе, Бюсси понимал, что оснований для обыска у него нет. Большее, что он мог сделать, - это распорядиться следить за домом… но нет, для этого уже требовалось переговорить с Каррье. И умудриться объяснить ему суть своих подозрений. - Вы довольно развлекли нас, гражданин, - со всем достоинством, на которое был способен, постарался ответить Бюсси. - Нахожу свои подозрения необоснованными, - он слегка склонил голову. При этом, надо сказать, он слукавил, но надобно было успокоить возможных нарушителей закона. Почему он считал их таковыми, Поль вряд ли мог себе объяснить, но пока ничто ни опровергло, ни подтвердило его подозрений. А собственно, черт возьми, почему они в самом деле не могли читать? Супруга мэра, опять же… Однако его долг быть предельно внимательным. Читали минут 15-20.

Жюли Дебриер: На протяжении всего чтения госпожа Дебриер сохраняла на лице приятную полуулыбку, время от времени кивая головой в особо драматичных местах. Комиссар по-прежнему выглядел напряженным и недовольным, что заставляло молодую женщину трепетать подобно натянутой струне. Лишь бы господину граф хватило ума затаиться и не выдавать своего присутствия в доме случайным шумом!

Кристоф Вайрэ: ...Возможно, комиссар бы немало удивился, узнай он, сколько на самом деле наглости у этого чтеца. Но Кристоф был счастлив от того, что комиссар не знает ничего лишнего, и вовсе не собирался его просвещать более, чем уже это сделал, зачитав республиканцу Мольера. - Рад, что вам понравилось. Я не в праве приглашать вас к мадам Дебриер, но могу пригласить вас как-нибудь зайти ко мне в гости. Не по службе. Если будет на то ваше желание. Возможно, вам понравился Мольер. Я мог бы одолжить вам книжку. О, простите... Учительские замашки въедаются неистребимо, я теперь всем готов рекомендовать те или иные книги. - Вайрэ улыбнулся, словно сокрушаясь над своей навязчивостью. - Я живу неподалеку.

Поль Бюсси: Поль не был по натуре холериком, а оттого примерно на середине монолога им овладело странное спокойствие. Вывести его из себя больше не удастся, такое дважды не повторяется. Приемы усвоены. - Боюсь, у меня нет здесь времени на чтение, гражданин Вайрэ, - ровно ответил он. - На этом покину вас. Гражданка Дебриер, желаю доброго здравия вашему мужу. Он сделал знак остальным уходить и в последний раз внимательно посмотрел на молодую женщину.

Жюли Дебриер: - Доброго вам дня, гражданин, - госпожа Дебриер с трудом скрывая радость и облегчение поднялась с кресла, и безмятежно-рассеянно взглянула на Бюсси (на самом деле у неё темнело в глазах от волнения).

Поль Бюсси: Комиссар встретился с ней взглядом и убедился, что был прав в своем решении. Ко всему нужно подходить взвешенно. А отношения с горожанами и так непростые. Бюсси развернулся и пошел вслед за солдатами с их начальником, стараясь не думать, убеждены ли они теперь, что у столичного комиссара методы работы странные и неоправданно долгие.

Кристоф Вайрэ: Едва за комиссаром закрылась дверь, с Кристофа слетела маска напускного дружелюбия. Он устало бросил томик Мольера на стул, оперся на трость и с интересом уставился на хозяйку дома. Сам Вайрэ ничуть не считал нужным объяснять свое поведение. И не слишком бы удивился, если бы мадам Дебриер сделала вид, будто ничего не случилось.

Жюли Дебриер: Жюли неподвижно стояла посреди комнаты и напряженно вслушивалась до тех пор, пока комиссаром и его людьми не захлопнулась входная дверь. Нужно было выйти следом и задвинуть засов, но сил на это уже не оставалось. Женщина в изнеможении опустилась мимо кресла прямо на пол.

Кристоф Вайрэ: Кристоф проводил ее сочувственным взглядом, но, прежде чем предлагать помощь, все же закрыл засов за уходящими солдатами. Выполнив это нужное дело, он убрал в угол осточертевшую палку, нагнулся к жене мэра и протянул руку. - Поднимайтесь, - требовательно предложил Вайрэ. – Волноваться лучше на диване. Со всеми удобствами. Ему было жаль мадам Дебриер, которая ввязалась в не самые безопасные игры, но сперва нужно было разобраться, кто такой Эмиль и откуда он взялся. И что может повлечь за собой его появление. Вполне возможно, что от этой пары придется держаться как можно дальше.

Жюли Дебриер: - Благодарю, - с помощью учителя Жюли перебралась на диван. - Благодарю вас за великодушие... Однако в мозгу молодой женщины тут же мелькнула мысль о том, что сосед знает о ней непозволительно много. Жюли напряглась и настороженно взглянула на собеседника.

Кристоф Вайрэ: - Великодушие? - Вайрэ непонимающе посмотрел на собеседницу. - Разве что-то случилось? Ее взгляд не мог укрыться от подпольщика, и Кристоф подавил тяжелый вздох. Беда с этими женщинами, честное слово.

Жюли Дебриер: - Нет, ничего... - еще не слишком уверенно произнесла госпожа Дебриер. От пережитого волнения у неё все еще кружилась голова, но раз господин учитель сам предлагает ей отговорку... она ей воспользуется и не побрезгует этой полуложью. Жюли вздернула подбородок.

Кристоф Вайрэ: Кристоф спрятал улыбку. - В таком случае... Я бы на вашем месте пригласил Эмиля в гостиную. Думаю, продолжать урок нет смысла, вы переволновались и вряд ли сможете усвоить что бы то ни было.

Жюли Дебриер: - Надеюсь, мой дорогой кузен уже осмотрел... вид на конюшню сверху, - в тон ему отозвалась госпожа Дебриер, и со вздохом поднялась с места. От пережитого страха её все еще слегка трясло, но Жюли поднялась с дивана и направилась к двери противоположной той, что вела в прихожую. - Эмиль! Эмиль! Прошу, порадуйте нас своим обществом еще раз...

Эмиль де Сертен: Почти сразу же послышались шаги, Эмиль спускался по лестнице. Чувствовал себя граф отвратительно. Прятаться подобно преступнику - было ударом по его гордости. Но проделывать это под сочувственным руководством бывшей любовницы и совершенно незнакомого человека - унизительно вдвойне. О такой славе ли он мечтал? Ради этого ли пробирался в Нант?.. Войдя в гостиную, он сдержанно поклонился. - Благодарю вас. - На скулах графа горел болезненный румянец.

Кристоф Вайрэ: Кристоф смотрел на него с непонятным выражением – при желании, в этом взгляде можно было прочитать и легкую насмешку, и неодобрение, и сочувствие, и Бог знает, что еще. - Обзаведитесь документами, - рекомендовал Вайрэ после непродолжительного молчания. – Они вернутся.

Эмиль де Сертен: - Отобрать у какого-нибудь бродяги? - невесело усмехнулся Сертен. - Документы на дороге не валяются.

Кристоф Вайрэ: - Отобрать у бродяги... - согласился Кристоф, и едва ли можно было понять, шутит он или нет. - Кто вы, Эмиль?

Эмиль де Сертен: - Я всего лишь гость в этом доме, - уклончиво отозвался граф. Компрометировать хозяйку ему совсем не хотелось. Он и так слишком многим ей обязан.

Кристоф Вайрэ: - Хороший гость, - одобрительно кивнул Вайрэ. Взгляд его стал откровенно циничным. - Ну что же, я бы, с позволения мадам Дебриер, откланялся. Урок продолжим, как только мадам почувствует в этом необходимость. А вы... Вы ничем мне не обязаны, гражданин Эмиль. Слово "гражданин" Кристоф выделил голосом. - Я рад буду услышать, что куртка вернулась к вам вместе с вашим свидетельством.

Эмиль де Сертен: - Рассчитываю на это, - Сертен надменно поджал губы. Слишком надменно для деревенского увальня. - Прощайте. После сегодняшних злоключений долее оставаться в гостеприимном доме Дебриеров становилось невозможно. Он уйдет сегодня же...

Кристоф Вайрэ: Кристоф не удержался от усмешки, глядя на высокомерие Эмиля. Между прочим, "всего лишь гость" только что прятался от обычной проверки документов. А сейчас пытается держаться, как принц крови... Ну-ну. Интересно, где прятался. Богатое воображение отчего-то предлагало вандейцу шкаф в качестве одного из вариантов укрытия надменного "кузена". Отогнав образ Эмиля, замершего в шкафу, Вайрэ вздохнул и вдруг спросил: - Скажите, я похож на святую Терезу?

Эмиль де Сертен: - Не не слишком огорчитесь, если я скажу что нет, не похожи? - Эмиль присел в кресло. - Но все-таки я перед вами в долгу.

Кристоф Вайрэ: - Ничуть не огорчусь, потому что действительно не похож, - спокойно констатировал Вайрэ. - Забудьте об этом долге. Но объясните, Бога ради, с чего вы вдруг решили мне доверять?

Эмиль де Сертен: - У меня, как вы могли заметить, выбор был не особо богат...

Кристоф Вайрэ: - Я не об этом. С чего вы решили мне доверять сейчас? - Кристоф подчеркнул голосом последнее слово. - Может быть, я хочу выслужиться перед новой властью и сдать вас лично?

Эмиль де Сертен: - Мне нечего терять после сцены, свидетелем которой вы уже стали, - Эмиль снова вздернул подбородок. - Но долг воспита... - вспомнив, что деревенский простачок, братец мадам Жюли, не мог знать таких слов, Сертен поспешно умолк.

Кристоф Вайрэ: - Если мне не изменяют глаза, ваша голова все еще на плечах, и значит, вам есть, что терять. Или я ошибаюсь? - Кристоф прищурился. - Вы даже не пробуете обеспечить свою безопасность... Вайрэ поймал себя на мысли, что начал отчитывать Эмиля, как подчиненного, и ненадолго замолчал, пытаясь понять, откуда возник вдруг подобный порыв.

Эмиль де Сертен: - Обеспечить безопасность? Я честный человек, и мне отвратительна мысль о том, чтобы юлить, покупать или подделывать свидетельство о благонадежности...

Кристоф Вайрэ: - Я не предлагал вам ничего подобного. Отчего же вы, как честный человек, не вышли и не признались комиссару, что свидетельства у вас нет?

Эмиль де Сертен: - Пользуясь гостеприимством того дома, я могу подвергать опасности хозяев, - снисходительно пояснил Эмиль. - Но почему вас так интересует мое благополучие?

Кристоф Вайрэ: - Меня не интересует ваше благополучие. Считайте, что я излишне любопытен. Живу одиноко, общаюсь только с учениками... - Кристоф спрятал ухмылку. - А вы сегодня подарили мне славное развлечение, так что это я вам обязан.

Эмиль де Сертен: - Раз за вас, - надменно проронил граф. Любознательность учителя казалась ему несколько чрезмерное, но что-то подсказывало Эмилю, что тот будет молчать об их встрече.

Кристоф Вайрэ: Кристоф посмотрел на собеседника с уже нескрываемым сочувствием, но святой Терезой Вайрэ действительно не был. Из общения с Эмилем подпольщик сделал несколько выводов, и в частности тот, что этот человек не может быть ему полезен ни при каких обстоятельствах. Можно быть наивным, но не до такой же степени, чтобы вовсе не поинтересоваться о причинах внезапного заступничества совершенно постороннего человека. Конечно, в Нанте хватает роялистов... Но не все они станут рисковать головой за незнакомца, который к тому же может оказаться провокатором. Вандеец коротко поклонился, вежливо попрощался с мадам Дебриер, прихватил свою трость и направился к двери.

Жюли Дебриер: - Доброго вам дня... - спохватилась госпожа Дебриер, и заторопилась в прихожую проводить учителя. - Боюсь, в ближайшие несколько дней мне будет не до уроков... Эмиль, коротко попрощавшись с уходящим, хмуро уставился в пол. События этого дня показали ему, насколько неразумным было воспользоваться гостеприимством Жюли. Это слишком опасно для всех... Но где же найти новое пристанище? О, ему потребуется всего несколько дней полной свободы, может быть пара недель чтобы осуществить задуманное. А после... после будет или все или ничего, зависит от успеха его плана.



полная версия страницы