Форум » Вандея, зима 1793 года » Глава 1. Старые связи. » Ответить

Глава 1. Старые связи.

Эмиль де Сертен: Эмиль жестоко маялся от безделья. Любой другой на его месте, наверное, был бы счастлив получить передышку, пищу кров над головой после нескольких месяцев, проведенных в лесах с отрядами повстанцев... Бывший граф тоже наслаждался, но лишь первые несколько дней. Но вот минул уже почти две недели с тех пор, как он поселился в этом доме и носа не кажет на улицу. Сертен признавал, что ему вообще-то несказанно повезло в первый же день пребывания в Нанте, куда он проник под покровом ночи, минуя сторожевые посты новых хозяев города. Ему посчастливилось встретить свою бывшую любовь. Девушка с которой юный граф когда-то весело проводил время на сеновалах родного поместья, а нынче почтенная замужняя женщина не только узнала бывшего сеньора, но и тут же предложила тому свою помощь. Сперва Эмиль гордо отказался - негоже подвергать такому риску чужую семью. Ведь все знают, как республиканцы наказывают тех, кто укрывает роялистов... Однако молодая женщина проявила достаточно красноречия, а Эмиль был достаточно измучен лишениями последних недель, что позволил себя уговорить. Муж давней подруги если и был недоволен внезапным появлением в доме "кузена из отдаленной деревни", то в присутствии графа вида не подавал.

Ответов - 80, стр: 1 2 All

Кристоф Вайрэ: - Я говорил, что я читал его в лицах, и предлагаю вам послушать немного... За чаем. – усмехнулся Кристоф. – Пройдемте в гостиную? Взгляд гражданки Дебриер только убедил его в том, что с «кузеном» дело нечисто. Ну, как бы там ни было, просто так отдавать роялиста в руки республиканцев Вайрэ не собирался. Конечно, прямое столкновение было бы сущей глупостью с его стороны, но почему не поиграть в древнюю как мир игру с простым названием «не слыша чужого шага?» Так разведчик крадется по лесу, не подозревая, что он уже на прицеле. Так вор крадется по дому, не подозревая, что за ним следят внимательные глаза, и дубинка сторожа уже занесена. Так игрок в шахматы радостно делает выгодный и очевидный ход, не подозревая, что на всем ходу влетел в расставленную ловушку... Кристоф, как истинный гусар, никогда не чурался некоторого позерства и с удовольствием играл в эту игру, тщательно заботясь о том, чтобы находиться на месте охотника, а не жертвы, которая думает, что она охотник. Вайрэ втихомолку надеялся, что затевать обыск комиссар все же не станет.

Поль Бюсси: Ну, довольно быть любезным. Еще не хватало стать посмешищем. Поль с досадой поправил воротник. Вас пугает Каррье – но на что вы жалуетесь при отсутствии уважения к властям, которые исполняют свой республиканский долг? - Читайте здесь, - холодно приказал он.

Жюли Дебриер: Госпожа Дебриер чуть нахмурилась. В присутствии супруги мэра никто давно не решался говорить в таком тоне. - Но давайте хотя бы присядем, пока мэтр Вайрэ будет читать нам, - промолвила Жюли, указывая на кресла. В этом доме распоряжается она. - И вы, граждане, - обратилась она к двум солдатам.

Поль Бюсси: - Вы присядьте, гражданка, - откликнулся Поль, - и вы также можете присесть, - кивнул он Вайрэ, - все остальные, кто здесь присутствует, находятся на службе. Он дал себе слово не проходить вглубь гостиной. Что за наваждение, черт побери. Хозяйка так наивна или надеется их очаровать?

Кристоф Вайрэ: Кристоф не стал садиться. Из гостиной он принес забытый Эмилем томик Мольера, принял расслабленную позу, и хорошо поставленным голосом объявил: - "Дон Жуан или Каменный Гость", действие третье, явление пятое. Отрывок. И уже обычным тоном добавил: - С вашего позволения, мне не хотелось бы повторяться, ведь мы начали читать до вашего прихода. Вайрэ откашлялся и, поглядывая на комиссара, начал наконец свое представление. По мнению вандейца, дон Алонсо страдал ослаблением связок и немалой гнусавостью, голос дона Карлоса напоминал обычный, чуть хрипловатый баритон самого Вайрэ, а вот читая партию дона Жуана, Кристоф постарался хоть немного приблизиться к говору Эмиля. (Дон Алонсо) - О, тебе не избежать гибели, изменник, и... (Дон Карлос) - Брат мой, остановитесь! Я обязан ему жизнью: если б не он, меня бы убили разбойники. (Дон Алонсо) - Так неужели же это должно помешать нашей мести? Любые услуги, оказанные вражеской рукой, ничего не значат и ничем не связывают нас. Если сравнивать услугу и оскорбление, то ваша благодарность, брат мой, здесь просто смешна, а так как честь бесконечно дороже жизни, то мы, собственно, ничем и не обязаны человеку, который спас нам жизнь, но отнял у нас честь. (Дон Карлос) - Я знаю, брат мой, какая для дворянина существует разница между честью и жизнью; благодарность за услугу не стирает в моей душе память об оскорблении, но позвольте вернуть ему мой долг и за жизнь, которой я ему обязан, рассчитаться тотчас же, отсрочив нашу месть и предоставив ему еще несколько дней наслаждаться плодами его благодеяния. ... Чтение Кристоф завершил, добравшись до четвертого действия, словами дона Жуана: - Что бы там ни было, довольно об этом. С улыбкой Вайрэ закрыл книгу, снова откашлялся и улыбнулся комиссару: - Очень философская вещь.

Поль Бюсси: …После того, как истекли первые три минуты, Поль думал прервать действо, но потом решил проверить, насколько хватит наглости у чтеца. А заодно поразмышлять. Ноги немного затекли, но это было незначительным неудобством по сравнению со всем остальным. Что ж, голос похож. С другой стороны, что помешало бы этому типу разыграть представление? Но так или иначе, Бюсси понимал, что оснований для обыска у него нет. Большее, что он мог сделать, - это распорядиться следить за домом… но нет, для этого уже требовалось переговорить с Каррье. И умудриться объяснить ему суть своих подозрений. - Вы довольно развлекли нас, гражданин, - со всем достоинством, на которое был способен, постарался ответить Бюсси. - Нахожу свои подозрения необоснованными, - он слегка склонил голову. При этом, надо сказать, он слукавил, но надобно было успокоить возможных нарушителей закона. Почему он считал их таковыми, Поль вряд ли мог себе объяснить, но пока ничто ни опровергло, ни подтвердило его подозрений. А собственно, черт возьми, почему они в самом деле не могли читать? Супруга мэра, опять же… Однако его долг быть предельно внимательным. Читали минут 15-20.

Жюли Дебриер: На протяжении всего чтения госпожа Дебриер сохраняла на лице приятную полуулыбку, время от времени кивая головой в особо драматичных местах. Комиссар по-прежнему выглядел напряженным и недовольным, что заставляло молодую женщину трепетать подобно натянутой струне. Лишь бы господину граф хватило ума затаиться и не выдавать своего присутствия в доме случайным шумом!

Кристоф Вайрэ: ...Возможно, комиссар бы немало удивился, узнай он, сколько на самом деле наглости у этого чтеца. Но Кристоф был счастлив от того, что комиссар не знает ничего лишнего, и вовсе не собирался его просвещать более, чем уже это сделал, зачитав республиканцу Мольера. - Рад, что вам понравилось. Я не в праве приглашать вас к мадам Дебриер, но могу пригласить вас как-нибудь зайти ко мне в гости. Не по службе. Если будет на то ваше желание. Возможно, вам понравился Мольер. Я мог бы одолжить вам книжку. О, простите... Учительские замашки въедаются неистребимо, я теперь всем готов рекомендовать те или иные книги. - Вайрэ улыбнулся, словно сокрушаясь над своей навязчивостью. - Я живу неподалеку.

Поль Бюсси: Поль не был по натуре холериком, а оттого примерно на середине монолога им овладело странное спокойствие. Вывести его из себя больше не удастся, такое дважды не повторяется. Приемы усвоены. - Боюсь, у меня нет здесь времени на чтение, гражданин Вайрэ, - ровно ответил он. - На этом покину вас. Гражданка Дебриер, желаю доброго здравия вашему мужу. Он сделал знак остальным уходить и в последний раз внимательно посмотрел на молодую женщину.

Жюли Дебриер: - Доброго вам дня, гражданин, - госпожа Дебриер с трудом скрывая радость и облегчение поднялась с кресла, и безмятежно-рассеянно взглянула на Бюсси (на самом деле у неё темнело в глазах от волнения).

Поль Бюсси: Комиссар встретился с ней взглядом и убедился, что был прав в своем решении. Ко всему нужно подходить взвешенно. А отношения с горожанами и так непростые. Бюсси развернулся и пошел вслед за солдатами с их начальником, стараясь не думать, убеждены ли они теперь, что у столичного комиссара методы работы странные и неоправданно долгие.

Кристоф Вайрэ: Едва за комиссаром закрылась дверь, с Кристофа слетела маска напускного дружелюбия. Он устало бросил томик Мольера на стул, оперся на трость и с интересом уставился на хозяйку дома. Сам Вайрэ ничуть не считал нужным объяснять свое поведение. И не слишком бы удивился, если бы мадам Дебриер сделала вид, будто ничего не случилось.

Жюли Дебриер: Жюли неподвижно стояла посреди комнаты и напряженно вслушивалась до тех пор, пока комиссаром и его людьми не захлопнулась входная дверь. Нужно было выйти следом и задвинуть засов, но сил на это уже не оставалось. Женщина в изнеможении опустилась мимо кресла прямо на пол.

Кристоф Вайрэ: Кристоф проводил ее сочувственным взглядом, но, прежде чем предлагать помощь, все же закрыл засов за уходящими солдатами. Выполнив это нужное дело, он убрал в угол осточертевшую палку, нагнулся к жене мэра и протянул руку. - Поднимайтесь, - требовательно предложил Вайрэ. – Волноваться лучше на диване. Со всеми удобствами. Ему было жаль мадам Дебриер, которая ввязалась в не самые безопасные игры, но сперва нужно было разобраться, кто такой Эмиль и откуда он взялся. И что может повлечь за собой его появление. Вполне возможно, что от этой пары придется держаться как можно дальше.

Жюли Дебриер: - Благодарю, - с помощью учителя Жюли перебралась на диван. - Благодарю вас за великодушие... Однако в мозгу молодой женщины тут же мелькнула мысль о том, что сосед знает о ней непозволительно много. Жюли напряглась и настороженно взглянула на собеседника.

Кристоф Вайрэ: - Великодушие? - Вайрэ непонимающе посмотрел на собеседницу. - Разве что-то случилось? Ее взгляд не мог укрыться от подпольщика, и Кристоф подавил тяжелый вздох. Беда с этими женщинами, честное слово.

Жюли Дебриер: - Нет, ничего... - еще не слишком уверенно произнесла госпожа Дебриер. От пережитого волнения у неё все еще кружилась голова, но раз господин учитель сам предлагает ей отговорку... она ей воспользуется и не побрезгует этой полуложью. Жюли вздернула подбородок.

Кристоф Вайрэ: Кристоф спрятал улыбку. - В таком случае... Я бы на вашем месте пригласил Эмиля в гостиную. Думаю, продолжать урок нет смысла, вы переволновались и вряд ли сможете усвоить что бы то ни было.

Жюли Дебриер: - Надеюсь, мой дорогой кузен уже осмотрел... вид на конюшню сверху, - в тон ему отозвалась госпожа Дебриер, и со вздохом поднялась с места. От пережитого страха её все еще слегка трясло, но Жюли поднялась с дивана и направилась к двери противоположной той, что вела в прихожую. - Эмиль! Эмиль! Прошу, порадуйте нас своим обществом еще раз...

Эмиль де Сертен: Почти сразу же послышались шаги, Эмиль спускался по лестнице. Чувствовал себя граф отвратительно. Прятаться подобно преступнику - было ударом по его гордости. Но проделывать это под сочувственным руководством бывшей любовницы и совершенно незнакомого человека - унизительно вдвойне. О такой славе ли он мечтал? Ради этого ли пробирался в Нант?.. Войдя в гостиную, он сдержанно поклонился. - Благодарю вас. - На скулах графа горел болезненный румянец.

Кристоф Вайрэ: Кристоф смотрел на него с непонятным выражением – при желании, в этом взгляде можно было прочитать и легкую насмешку, и неодобрение, и сочувствие, и Бог знает, что еще. - Обзаведитесь документами, - рекомендовал Вайрэ после непродолжительного молчания. – Они вернутся.

Эмиль де Сертен: - Отобрать у какого-нибудь бродяги? - невесело усмехнулся Сертен. - Документы на дороге не валяются.

Кристоф Вайрэ: - Отобрать у бродяги... - согласился Кристоф, и едва ли можно было понять, шутит он или нет. - Кто вы, Эмиль?

Эмиль де Сертен: - Я всего лишь гость в этом доме, - уклончиво отозвался граф. Компрометировать хозяйку ему совсем не хотелось. Он и так слишком многим ей обязан.

Кристоф Вайрэ: - Хороший гость, - одобрительно кивнул Вайрэ. Взгляд его стал откровенно циничным. - Ну что же, я бы, с позволения мадам Дебриер, откланялся. Урок продолжим, как только мадам почувствует в этом необходимость. А вы... Вы ничем мне не обязаны, гражданин Эмиль. Слово "гражданин" Кристоф выделил голосом. - Я рад буду услышать, что куртка вернулась к вам вместе с вашим свидетельством.

Эмиль де Сертен: - Рассчитываю на это, - Сертен надменно поджал губы. Слишком надменно для деревенского увальня. - Прощайте. После сегодняшних злоключений долее оставаться в гостеприимном доме Дебриеров становилось невозможно. Он уйдет сегодня же...

Кристоф Вайрэ: Кристоф не удержался от усмешки, глядя на высокомерие Эмиля. Между прочим, "всего лишь гость" только что прятался от обычной проверки документов. А сейчас пытается держаться, как принц крови... Ну-ну. Интересно, где прятался. Богатое воображение отчего-то предлагало вандейцу шкаф в качестве одного из вариантов укрытия надменного "кузена". Отогнав образ Эмиля, замершего в шкафу, Вайрэ вздохнул и вдруг спросил: - Скажите, я похож на святую Терезу?

Эмиль де Сертен: - Не не слишком огорчитесь, если я скажу что нет, не похожи? - Эмиль присел в кресло. - Но все-таки я перед вами в долгу.

Кристоф Вайрэ: - Ничуть не огорчусь, потому что действительно не похож, - спокойно констатировал Вайрэ. - Забудьте об этом долге. Но объясните, Бога ради, с чего вы вдруг решили мне доверять?

Эмиль де Сертен: - У меня, как вы могли заметить, выбор был не особо богат...

Кристоф Вайрэ: - Я не об этом. С чего вы решили мне доверять сейчас? - Кристоф подчеркнул голосом последнее слово. - Может быть, я хочу выслужиться перед новой властью и сдать вас лично?

Эмиль де Сертен: - Мне нечего терять после сцены, свидетелем которой вы уже стали, - Эмиль снова вздернул подбородок. - Но долг воспита... - вспомнив, что деревенский простачок, братец мадам Жюли, не мог знать таких слов, Сертен поспешно умолк.

Кристоф Вайрэ: - Если мне не изменяют глаза, ваша голова все еще на плечах, и значит, вам есть, что терять. Или я ошибаюсь? - Кристоф прищурился. - Вы даже не пробуете обеспечить свою безопасность... Вайрэ поймал себя на мысли, что начал отчитывать Эмиля, как подчиненного, и ненадолго замолчал, пытаясь понять, откуда возник вдруг подобный порыв.

Эмиль де Сертен: - Обеспечить безопасность? Я честный человек, и мне отвратительна мысль о том, чтобы юлить, покупать или подделывать свидетельство о благонадежности...

Кристоф Вайрэ: - Я не предлагал вам ничего подобного. Отчего же вы, как честный человек, не вышли и не признались комиссару, что свидетельства у вас нет?

Эмиль де Сертен: - Пользуясь гостеприимством того дома, я могу подвергать опасности хозяев, - снисходительно пояснил Эмиль. - Но почему вас так интересует мое благополучие?

Кристоф Вайрэ: - Меня не интересует ваше благополучие. Считайте, что я излишне любопытен. Живу одиноко, общаюсь только с учениками... - Кристоф спрятал ухмылку. - А вы сегодня подарили мне славное развлечение, так что это я вам обязан.

Эмиль де Сертен: - Раз за вас, - надменно проронил граф. Любознательность учителя казалась ему несколько чрезмерное, но что-то подсказывало Эмилю, что тот будет молчать об их встрече.

Кристоф Вайрэ: Кристоф посмотрел на собеседника с уже нескрываемым сочувствием, но святой Терезой Вайрэ действительно не был. Из общения с Эмилем подпольщик сделал несколько выводов, и в частности тот, что этот человек не может быть ему полезен ни при каких обстоятельствах. Можно быть наивным, но не до такой же степени, чтобы вовсе не поинтересоваться о причинах внезапного заступничества совершенно постороннего человека. Конечно, в Нанте хватает роялистов... Но не все они станут рисковать головой за незнакомца, который к тому же может оказаться провокатором. Вандеец коротко поклонился, вежливо попрощался с мадам Дебриер, прихватил свою трость и направился к двери.

Жюли Дебриер: - Доброго вам дня... - спохватилась госпожа Дебриер, и заторопилась в прихожую проводить учителя. - Боюсь, в ближайшие несколько дней мне будет не до уроков... Эмиль, коротко попрощавшись с уходящим, хмуро уставился в пол. События этого дня показали ему, насколько неразумным было воспользоваться гостеприимством Жюли. Это слишком опасно для всех... Но где же найти новое пристанище? О, ему потребуется всего несколько дней полной свободы, может быть пара недель чтобы осуществить задуманное. А после... после будет или все или ничего, зависит от успеха его плана.



полная версия страницы