Форум » Париж, лето 1793 » Ужин в узком кругу ТРЕД СОХРАНЕН » Ответить

Ужин в узком кругу ТРЕД СОХРАНЕН

Пьер Верньо: Это было сумасшествие, но сумасшествие веселое: появиться с друзьями в ложе Театра Республики, невозмутимо смотреть комедию, словно не замечая, что весь зал пялится на не сцену, а на тебя, потом пройти за кулисы, в забитую поклонниками уборную мадемуазель Кандель, и на глазах у этих хлыщей увезти актрису к себе на ужин, втихомолку потешаясь над вытянутыми рожами других претендентов на ту же честь. Одно было огорчительно: не все друзья согласились участвовать в этой авантюре. Хотя Верньо разослал приглашения в театр и на ужин всем, откликнулись только Барбару (которого упрашивать вообще не пришлось) и Бюзо, а остальные ответили взволнованными посланиями, уговаривая не сходить с ума и не напрашиваться на новые неприятности. Актрисы и фигурантки Театра Республики, которые в прежние времена с огромным удовольствием украшали собой ужины у Верньо (составляя изысканный цветник, в центре которого всегда была Амели), тоже отнеслись к приглашению настороженно. Только Николетт Жоли приняла приглашение. Ну что ж, будет ужин в интимном кругу. Так, пожалуй, даже лучше. Верньо не любил шумные многолюдные сборища. Не смутило его и отсутствие прислуги в квартире на улице Клиши: все разбежались за две недели, прошедшие со дня ареста хозяина. Последним попросил расчет камердинер, и произошло это буквально вчера. Впрочем, надо отдать ему должное, бедняга сбежал не от страха, а от непосильной работы, свалившейся на него после дезертирства остальных. Чтобы организовать этот ужин, пришлось обратиться в ресторан "Гранд-Отель" с просьбой прислать не только кушанья, но и нескольких лакеев, которые серверовали бы стол и прислуживали гостям. Из театра прибыли в двух наемных экипажах: арестанты с конвоем и две актрисы. Конвой оставили в прихожей, впрочем, Верньо великодушно позволил им позаимствовать стулья из гостиной, а гостей пригласил в столовую. После театрального приключения он был в приподнятом настроении, смеялся и подшучивал над Амели: - Дорогая, надеюсь, вы простите нас за то, что мы похитили у вас вашу верную публику. Все лорнеты были устремлены на нас. Говорили только о нас. Я, право же, чувствовал себя юной актрисой, которой дали первый бенефис. Так и хотелось встать и начать делать реверансы.

Ответов - 373, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 All

Шарль Барбару: - Дорогой Франсуа, я могу лишь надеяться увидеть в Версале рекомендованную вами картину, - вздохнул Барбару. - Но вы меня удивляете, мой друг. Любовная тоска? Вам ли не знать лекарство от нее, о котором вы забыли упомянуть? Даже самая прекрасная женщина на свете - не единственная, и, быть может, другая сможет излечить вас. Дайте мне шанс убедить вас в этом, и, клянусь, вы позабудете свою тоску!

Николетт Жоли: - Я согласна с Вами, гражданин Барбару, - сказала Николетт, искренне желая, чтобы Бюзо хотя бы на час вышел из своей меланхолии, - Вы помните, что сказал Лопе де Вега в одной из своих комедий? "Чужой любовью сердце уврачую, и будет страстью страсть исцелена".* А долг друга - помочь этому исцелению, - добавила актриса, понизив голос и чуть наклонив голову в сторону Барбару. * Цитата из пьесы "Собака на сене".

Франсуа Бюзо: Бюзо кисло взглянул на пылающего энтузиазмом Барбару: - Думаете, я не пытался так и поступать в первые дни разлуки?.. Да простят меня присутствующие здесь дамы... Но увы, это оказалось бесполезно.

Пьер Верньо: - Полноте, Франсуа, - вмешался Верньо, - вам просто попались не те дамы, и рядом с вами не было Шарля. Его слегка пугала затянувшаяся меланхолия Бюзо, перемежающаяся изредка вспышками гнева и отчаяния, но он сам не знал, как избавить друга от этого состояния. Оставалось только надеяться, что Барбару с его искрящимся жизнелюбием и очаровательные актрисы преуспеют больше. - Давайте выпьем! - предложил Верньо, поднимая бокал. - За правильных спутников жизни!

Шарль Барбару: - Николетт! - с упреком воскликнул Барбару. - Отчего вы так официальны? Вы разбиваете мне сердце. Слышите звон? Это оно рассыпается на осколки от вашей холодности! Франсуа, сделайте еще одну попытку. Вы ничего не теряете, кроме страданий. Услышав слова Верньо, он поднял бокал, улыбнувшись Николетт. - Не правда ли, чудесный тост? Пьер, вы всегда умеете найти нужные слова, я восхищаюсь вами! За спутников жизни! - Барбару добавил еле слышно, - И пусть их будет побольше.

Амели Кандель: - И за то, чтобы мы всегда могли распознать свою любовь... те, кто еще не успел этого сделать, - Кандель улыбнулась Верньо. - Любовь пьянит сердца и кружит голову, но эта лучшая из болезней, а страдания тем и хороши, что радость после них ярче. За этот вечер!

Николетт Жоли: - Полагаю, что Вы ещё продемонстрируете своё умение произносить тосты, - улыбнулась Николетт, слегка подмигнув Шарлю. - А что до осколков, - продолжила девушка, - то я желаю Вам, чтобы сегодняшний вечер помог им вновь объединиться, чтобы забиться с новой силой. Итак, за наших спутников! - мадемуазель Жоли подняла бокал, в котором плескалось чуть тёрпкое сент- эмильонское вино. - И за удачу, которая непременно будет нам сопутствовать.

Шарль Барбару: - О, я не так хорош в произнесении тостов, как, впрочем, и клятв верности, Николетт, но ради вас я готов постараться изо всех сил в первом, а ради друзей - во втором! - Шарль рассмеялся, краем глаза поглядывая на Бюзо: его все больше беспокоила мрачность Франсуа.

Николетт Жоли: - Попытайтесь, Шарль, и я уверена, что Ваши усилия вознаградятся успехом в виде улыбки гражданина Бюзо. Кстати, Вы позволите мне называть Вас по имени? - уточнила Николетт, делая вид, что увлечена рисунком, выгравированным на пуговицах Барбару.

Амели Кандель: Будучи довольна тем, что Николетт совладала с временной застенчивостью, Амели временно посвятила себя Верньо, следя за тем, чтобы его тарелка и бокал всегда оставались полными. В этом доме с недавних пор она ощущала себя двояко: уже не просто гостья, но еще и не хозяйка. А постигшая Верньо и его друзей беда и вовсе смешала все карты.

Шарль Барбару: - Я буду очень огорчен, если вы продолжите именовать меня официально "гражданином Барбару", дорогая Николетт, - улыбнулся Шарль. - Обязательно попытаюсь, хоть лучшей наградой сочту вашу улыбку.

Франсуа Бюзо: Бюзо поддержал тост лишь из вежливости. Он даже изобразил на лице подобие улыбки. - Чтобы наши спутники были с нами счастливы. - Его мысли вновь обратились к прекрасной узнице тюрьмы Аббатства. Вести переписку заключенным не возбранялось, и редкий день, когда Франсуа не получал письма, исполненного причудливой смесью жалоб на условия содержания, надежд на скорое освобождения, самых нежных обещаний и упреков. Госпожа Ролан искала в нем поддержки, но его собственные надежды на благополучный исход стремительно таяли.

Пьер Верньо: Верньо почти не ел, но пил много, дав себе полную волю. А почему бы и нет? Завтра поутру ему не надо быть в Конвенте, так что свежая голова не нужна, и можно позволить легкому опьянению слегка затуманить разум, векам отяжелеть, осанке - утратить твердость.

Амели Кандель: - Дорогой мой, вы угощаете нас, но вам самому это не по вкусу? - шепнула Амели. - Возьмите рябчика... Или, быть может, велеть подавать десерт? Что у вас припасено на сей раз?

Шарль Барбару: Марселец с некоторой тревогой смотрел на то, как Верньо пьет, практически не притрагиваясь к еде. Мысленно он выругался: один приятель весь в любовной тоске по уши, второй сейчас напьется и будет лежать на кушетке, блаженно улыбаясь. А что делать ему, Барбару? - Пьер... - негромко окликнул он, - мне кажется, вы совсем не уделяете внимания ужину. Ваши вина чудесны, но, друг мой, оставьте и нам немного!

Пьер Верньо: Видя такую тревогу, Верньо тут же согнал дремотное состояние и поспешил выпрямиться. - О, я в полном порядке. Просто жара разжигает не аппетит, а жажду, вы не находите? Отчего вы так разволновались? Боитесь, что я начну вести себя неподобающим образом?

Шарль Барбару: - Неподобающим? - Шарль приподнял бровь. - Бросьте, Пьер, вы на это не способны. Нет, мой друг, я опасаюсь другого: что вы лишите нас своего чудесного общества, уйдя в раздумья и мечтания.

Амели Кандель: Кандель засмеялась. - Должно быть, вино в бокале у Пьера обретает магические свойства, и он пьет поистине любовный эликсир или нектар, оставляя нас в неведении! Позвольте, милый, я приоткрою завесу вашей тайны... - и Амели отпила из бокала Верньо. - В самом деле, особый вкус...

Пьер Верньо: -Риск уйти в мечтанья и раздумья для меня велик всегда, - признался Верньо, - вы ведь меня знаете, Шарль. Напротив, я пью, чтобы наиблучшим образом соответствовать столь веселой компании. Он взял у Амели свой бокал и сделал глоток, коснувшись губами того же места, на котором еще остался влажный след ее губ. - Что такого особенного вы находите в моем вине, дорогая? Неужели я похож на человека, который будет пить нектар, не поделившись с друзьями?

Амели Кандель: - Как и всякий человек, вы можете увлечься... Нынче каждый из нас чем-то увлечен. Вы вином, я вами, Шарль шутками, Николетт... Николетт, мне кажется, Шарлем... и право, нам следует все же увлечь Франсуа! Я настаиваю, что вы пьете именно нектар, посему налейте ему из этой же бутылки.

Шарль Барбару: - Вы душа нашей компании, Пьер, для этого вам не нужно вино. Впрочем, я останавливать вас не буду, - лукаво усмехнулся Барбару, глядя на нежно передаваемый друг другу бокал. - Амели, я не мыслю себя без шуток, как и без общества прекрасных женщин. это не увлечение, но неотъемлимая часть моей сущности. Увлечен я прекрасной беседой, и хочу предложить следующий тост: за исполнение наших желаний!

Николетт Жоли: - За их скорое исполнение, - подхватила Николетт, отпивая из бокала успевшее нагреться шампанское и страдая от отсутствия веера. В комнате было душно, и актрисе, одетой в тяжёлое платье с узким поясом, было трудно дышать. Будь она одна, она бы давно сняла прикрывающую грудь и плечи косынку, но сейчас это было невозможно. По крайней мере, пока невозможно. - Хочу Вам признаться, гражданин Верньо, - сказала мадемуазель Жоли, что я умираю от нетерпения в предвкушении десерта. Если столь роскошным был сам ужин, то что же будет дальше?

Франсуа Бюзо: Бюзо подставил свой бокал. - Коли вы, Пьер,считаете, что у этого вина некие особые свойства, я с радостью испытаю его на себе. Вдруг это и окажется то самое столь необходимое мне лекарство?.. Улыбнувшись, он пригубил тут же наполненный друзьями бокал. Он не знал, с какой целью хочет погрузиться в забытье Верньо, но ему тоже хотелось на время забыть о своих бедах.

Пьер Верньо: - Если вы так настаиваете, то вот вам вино, которое пил я, - Верньо собственноручно налил Бюзо. - Или, может, вы тоже желаете выпить из моего бокала? Уже вторая из присутствующих дам заговорила о десерте (о, женщины!), и оттягивать подачу на стол оного было бы просто преступно. Верньо позвонил, и принесли десерт - довольно простой, впрочем, в такую жару незаменимый: два сорта мороженого и лимонный щербет.

Шарль Барбару: Барбару усмехнулся, услышав слова Верньо, которые прозвучали дружеским ворчанием. - Если мы все выпьем из вашего бокала, Пьер, вам ничего не останется, а лишать хозяина дома вина было бы слишком жестоко. - Шарль посмотрел на десерт, затем на Николетт, и снова перевел взгляд на мороженое.

Амели Кандель: - Но мы можем назначить промежуток времени, через который вы лично будете угощать каждого из нас... сообразно вашим предпочтениям. Например, вот так, - Амели, расшалившись, поднесла к губам Верньо ложечку с мороженым. - Тем самым мы узнаем ваши ассоциации, связанные с нами.

Шарль Барбару: - Дорогая Амели, боюсь, что Пьер не согласится на это, - рассмеялся Барбару. - Мне кажется, он готов принять что угодно только из ваших рук. Но отчего бы и нет? Я готов рискнуть!

Амели Кандель: - Вы хорошо его знаете, дорогой Шарль, но хорошо его знаю и я, а потому уверена, что как раз угостить сам он и согласится - всех прочих, будучи угощенным лишь мною, - быстро откликнулась Амели. - Мой дорогой, - продолжила она, обращаясь к Пьеру, - подсластим сюрпризы судьбы, - с этими словами Кандель, приблизившись к Верньо, одними губами сняла с ложки половину лакомства, предоставив ему насладиться второй - своего рода поцелуй...

Франсуа Бюзо: - Пьер, я пожалуй приберегу этот козырь в рукаве, как самое сильнодействующее лекарство, которое дают совсем уж безнадежным больным, - с этими словами Франсуа отверг предложение испить из бокала Верньо. - Но мне было бы приятно знать, друг мой, что в случае необходимости я могу им воспользоваться. Он пригубил собственный бокал, стараясь не улыбаться, глядя как Верньо будут кормить мороженым с ложечки. Такая трогательная забота...

Николетт Жоли: - Гражданин Верньо, это прекрасная идея, но я хотела бы попросить Вас об одном одолжении. Вы не могли бы, угостив Амели, уделить внимание нашему грустному приятелю? Я твердо уверена, что ложка мороженого из рук друга разгонит его меланхолию. А я, если что, подожду,- улыбнулась Николетт, глядя на Амели и ее возлюбленного. Девушка была рада за подругу, но слегка завидовала ей белой завистью - в жизни мадемуазель Жоли хватало кавалеров, но никого из них она по-настоящему не любила, и не появился еще тот, кого девушка хотела бы вот так трогательно кормить мороженым.

Пьер Верньо: Верньо неторопливо слизнул мороженое с ложечки Амели. - Я готов угощать юбого из вас чем угодно по первому требованию, но, сдается мне, дорогая Николетт, что Франсуа больше обрадуется мороженому из ваших ручек, нежели из моих... Хотя мы можем, разумеется, провести эксперимент. - С этими словами Верньо зачернул ложку мороженого. - Можно и Шарля пригласить к участию. А вас, Амели, я попросил бы воздержаться: Франсуа, конечн, выберет ваше угощение, а я этого не вынесу.

Николетт Жоли: - Эксперимент так эксперимент, -согласилась Николетт, зачёрпывая мороженое вслед за Верньо. - Посмотрим, из чьих рук вкуснее всего есть мороженое. Хотя я боюсь, что наше состязание будет неполным, если в нём не примет участие Амели. Но мы можем потом поменяться ролями. Набрав полную ложку мороженого, да ещё с горкой, девушка посмотрела на Верньо, как бы спрашивая: "Кто первый?"

Шарль Барбару: Барбару первым потянулся к мороженому на ложке Николетт. - Я не могу уступить здесь кому-то из вас, друзья, - со смехом пояснил он, аккуратно снимая губами мороженое с ложки. - Франсуа, я настаиваю, чтобы вы отбросили сегодня тоску и присоединились к нам. Шарль промокнул губы платком и принял вид серьезный и важный: - Мороженое из рук этой феи чудесно, но, увы, не охлаждает, совсем наоборот! - изрек он, старательно пряча улыбку.

Николетт Жоли: - Право, я даже не знаю, как помочь Вам спастись от жары, Шарль - с притворным трагизмом вздохнула Николетт, - могу только предложить сделать ещё один глоток шампанского. Девушка свободной рукой взяла со стола свой почти полный бокал и подала его сидевшему рядом Барбару. Одновременно актриса чуть наклонила голову и заманчиво улыбнулась, считая, что если в начале ужина такое поведение было бы неуместно, то сейчас можно себе позволить небольшую вольность. В конце концов не каждый день случаются маленькие дружеские праздники.

Франсуа Бюзо: Бюзо поперхнулся вином и закашлялся. - Право, вы ставите меня перед трудным выбором. Последний раз меня кормила мороженым с ложечки моя покойная няня когда мне было лет семь... даже не знаю, кому отдать предпочтение. Вежливость требовала испробовать подношение дамы, но его уже слизнул непоседа-Шарль.

Шарль Барбару: Барбару весело фыркнул, заметив замешательство Бюзо. Он оглянулся на Пьера, но тот казался всецело поглощенным Амели. - Николетт, я не смею вам отказать, хоть должен заметить, вряд ли глоток даже ледяного шампанского из вашего бокала сможет охладить меня, когда вы находитесь в одной комнате со мной. Но покормите же и Франсуа! Иначе ему придется вызывать меня на дуэль, а коньяк после шампанского подействует на нас не лучшим образом.

Амели Кандель: - Пьер, у вас тает мороженое, - засмеялась Амели. - Кажется, вы хотели угостить Франсуа? Обещаю не вмешиваться и лишь наблюдать, - актриса отпила еще шампанского, наконец ощутив в полной мере небывалую легкость на душе.

Пьер Верньо: -Откройте рот, Франсуа, - велел Верньо, поднося ложку ко рту Бюзо и подражая строгому тону старой нянюшки. - Будьте же умницей.

Шарль Барбару: - Да, Франсуа, откройте рот... - со смехом поддакнул Шарль, глядя на это зрелище. - Это не страшно, видите, я все еще жив!

Николетт Жоли: - А если Вы не послушаетесь, Франсуа, то Вам придётся выпить штрафной бокал шампанского, - хихикнула Николетт, созерцая нежные дружеские отношения. - Кстати, граждане, как насчёт старой доброй игры в желания? Кто смелый?



полная версия страницы