Форум » Париж, лето 1793 » Типография Эбера, 16 июня, утро ТРЕД СОХРАНЕН » Ответить

Типография Эбера, 16 июня, утро ТРЕД СОХРАНЕН

Эбер: Жак Эбер стоял у окна, потягивая кофе и задумчиво глядя на просторный Двор Кузнецов. Ночь была бессонной, но Эбер почти не чувствовал усталости. Когда нужно, он может работать без устали, и, если он решил покарать бриссотинцев, значит, так тому и быть. Жак присел за свой стол, потянулся и несколько секунд, желая хоть на мгновение отвлечься от злорадных мыслей о федералистах, оглядывал комнату своей типографии, где уже началась работа над печатью нового номера газеты, законченного Эбером этой ночью. Типография была расположена на первом этаже дома, в котором Жак проживал с семьёй, и была просторной и светлой, даже в некотором роде уютной. Кто бы мог подумать, что кипевшая злостью и ненавистью газета "Папаша Дюшен" может печататься в таком помещении... Эбер допил кофе и взял со стола листик с набросками своей сегодняшней речи в Коммуне. Прочитав, он удовлетворенно улыбнулся и снова повернулся к окну, подставив лицо лучам утреннего солнца. Ах, скандал, скандал, как это прекрасно...О да, интересно только, как долго федералисты смогут избегать встречи с гильотиной. "Уж я-то постараюсь, чтобы ожидание не было долгим..." Эбер достал из кармана записку, предназначавшуюся для Жерома, и еще раз проверил адреса. Весело вам, граждане, будет этой ночью, ох как весело...

Ответов - 39

Бийо: Вчерашний разговор в Якобинском клубе настроил Бийо на философский лад, что, в свою очередь, вылилось в эпистолярную деятельность. Вечер он провел, сидя с чашкой кофе перед чистым листом бумаги, на котором по мере исчезновения ароматного напитка появлялись короткие, обрывочные записи. Когда небо над парижскими крышами заметно посветлело, Бийо понял, что перед ним лежит практически готовая статья. Оставалось только вычеркнуть все, что относилось к личным размышлениям депутата и не могло представлять интереса для читающей публики. Переписанную набело статью Бийо собирался вручить Эберу. Захочет – использует в своем «Дюшене». Правда, тон статьи был совсем не дюшеновский, ну так у Эбера есть еще «Журналь дю суар», и оба издания расходятся куда лучше «Монитера»... *** Утренний Париж радовал относительной тишиной, но в типографии уже кипела работа. Прямо в дверях на Бийо едва не налетел шустрый разносчик газет – яркий представитель того племени санкюлотов, что не имеют даже толковых подштанников, но готовы разговаривать через губу и с председателем Конвента, если им покажется, что председатель недостаточно революционен. Удачно разминувшись с мальчишкой, Бийо без потерь добрался до стола одного из самых успешных парижских журналистов. - Доброе утро, Эбер.

Жером: Жером вышел из дома рано утром, в обычное время, но против обыкновения, направился в совершенно противоположную типографии сторону, выпросив у своего начальника выходной на весь день. Кумушки, которые с самого раннего утра собрались обсудить события, были немало удивлены, видя Жерома идущего явно не в сторону своей работы и вероятно подумали, что его уже выгнали из типографии, так как после их с Жеромом ссоры, они регулярно ехидным голоском интересовались "не выгнали ли Жерома с работы". -Теперь у них есть еще одна тема для сплетен, - беззлобно усмехнулся Жером. С самого утра он решил не обращать ни на что внимание и не вступать ни в какие с кем-либо конфликты, а просто наслаждаться днем - погода сегодня была отличная...

Эбер: В типографии Эбер вздрогнул от неожиданности и поднял глаза на человека, с ним поздоровавшегося. О, да это Бийо! Старый добрый друг...Давно Жак не общался с дрзьями, да и были ли у него настоящие друзья? Но нет, Бийо - его друг..."Черт возьми, как же я рад его видеть..." - Здравствуй- здравствуй! - сказал Эбер чуть более радостно, чем хотел, вставая из-за стола. - Как я рад тебя видеть! Нет-нет, подожди, здесь дела мы обсуждать не будем, давай поднимемся ко мне! Не дождавшись, пока Бийо что-то ответит, схватил друга за руку и потащил за собой на второй этаж. - Гражданка Эбер! - крикнул он жене. - Принеси нам с другом по кофе! - Они зашли в уютную гостиную, Жак сел в большое мягкое кресло за маленький столик, другу указал на кресло напротив себя. Дождавшись, пока тот усядется, Эбер внимательно посмотрел на него ( привычка...) и спросил: - Итак, гражданин Бийо...Что привело вас ко мне?

Бийо: - Федералисты, конечно. – Бийо протянул другу исписанный лист бумаги, сложенный вчетверо. – Вот глянь. Взял бы ты такое для своего «Дюшена»? ...В то время, как Франция, раздираемая внутренними смутами, борется с нашествием внешнего врага, в рядах тех, кто призван Отечеством выражать волю народа и защищать его интересы, нет мира. Свобода, равенство и братство! Вот девиз, который вел нас на стены Бастилии. С этим девизом мы смели с престола ненавистную тиранию и заменили ее народным Конвентом. Но теперь этот девиз попирается, ибо есть люди, готовые обратиться к ненавистной эпохе рабства, как к образцу для подражания. Достойно прощать братьям заблуждения, но когда они повторяются слишком часто, не есть ли это злонамеренность? И не повредим ли мы общему делу подобной снисходительностью? Те, кто просит помедлить, когда следует спешить; кто твердит о человеколюбии, когда необходима решительность - кто они? Враги или заблудшие? Париж всегда был сердцем Революции, и не враг ли тот, кто отказывается прислушаться к биению этого сердца? Не враг ли тот, кто стремится избавить департаменты Франции от его живительного влияния? Граждане! Я призываю вас найти ответы на эти вопросы, не дожидаясь, пока Отечество и свобода вновь окажутся на грани уничтожения, и избавить Париж от внутренних заговорщиков прежде, чем они успеют нанести удар.

Эбер: Эбер опытным взглядом пробежался несколько раз по статье... Красивый стиль, но слишком мягкий для санкюлотов... Вообще Эбер уже посвятил теме бриссотинцев статью в новом номере стиля куда более беспощадного и куда менее цензурного, однако разнообразие тоже полезно... К тому же статья ему понравилась, особенно выразительный призыв в конце, и Жак решил опубликовать ее. - Бийо, дружище, замечательная статья, - Эбер улыбнулся другу. - Если позволишь, я напечатаю ее... Спасибо тебе огромное, - вполне искренне сказал Жак. Вошла Мари, жена Эбера, высокая худая женщина в сером платье под цвет глаз, с подносом, на котором были две чашки кофе. Приветливо, но застенчиво улыбнувшись Бийо и поставив кофе на столик, она скрылась в другой комнате. Проводив Мари глазами, Эбер принялся за кофе, хотя тут же чуть не подавился им - он столько выпил этого горячего напитка за ночь и утро, что больше уже не хотелось. Жак задумчиво вглядывался в лицо друга, сидящего напротив, и почувствовал, что очень хочется поделиться планами насчет бриссотинцев... Только вот как Бийо к этому отнесется? - Мм...Как думаешь, очнётся КОС? Или вместе с нашим сладкоречивым Сешелем оставят развлекаться его бывших дружков?

Жером: Жером шел по огромному Двору Кузнецов и думал о предстоящих событиях сегодняшней ночи. Зная примерное расположение домов бриссотинцев, он уже мысленно спланировал нападение и назначил начальников над группами, с коими ему еще предстояла встреча после посещения типографии гражданина Эбера. Жером был весьма удивлен царящей суматохой в типографии - все были в постоянном движении, никто не бездельничал, на вопросы Жерома, "где ему найти гражданина Эбера" никто не отвечал и Жером чертыхнувшись, пошел искать хозяина типографии на первом этаже.

Бийо: Бийо потер уставшие за ночь глаза и потянулся за чашкой. - От чего, по-твоему, КОС должен очнуться? Я думаю, в Комитете не хуже нас представляют, чем могут быть опасны сторонники Бриссо. Впрочем, если судить по Сешелю... Кажется, он пытается усидеть одновременно на двух стульях, и вопрос только в том, кто еще следует его примеру.

Эбер: - Боюсь, что в Комитете таких достаточно... - Эбер встал, прошелся по комнате, чувствуя несвойственную себе нерешительность, потом развернулся и снова посмотрел Бийо в глаза. - Как ты относишься к мысли, что народ покажет свой гнев бриссотинцам... а заодно и Комитету...еще раз? - Намек вроде бы ясен, тем более он высказал эту же мысль в конце своей статьи. Пускай догадается сам...Так даже интереснее.

Жером: Жером тем временем обошел весь этаж так и не найдя Эбера. Какой-то работник на ходу выкрикнул, что хозяина тут нет, наверняка он на втором этаже и Жером, громко возмущаясь подобным порядком, поплелся на второй этаж...

Бийо: Бийо ответил Эберу очень задумчивым взглядом. – Все зависит от того, в какой форме он это сделает. Если выражение протеста превратится в бессмысленный погром лавок, это уже не революция – это мародерство. Кофейная чашка вернулась на стол. - С другой стороны, если народ хочет выразить свою волю, наша задача – помочь ему в этом. Если найдется человек, который возьмется проследить за тем, чтобы выражение народной воли прошло организованно и не превратилось в безрезультатное уличное побоище... Почему нет?

Эбер: Эбер улыбнулся... И тут в дверь послышался негромкий стук, затем она приоткрылась и в дверном проеме показалась голова Жерома. - О, мой юный друг, заходите, вы как раз вовремя... Бийо, позволь представить тебе - гражданин Жером Пикар... Тот самый человек, который по нашей с ним общей инициативе взялся грамотно организовать... выражение народной воли. Эбер не знал, как отнесется к такому сюрпризу Бийо, но скрывать уже было нечего.

Жером: -Доброе утро, гражданин Эбер и гражданин... - Жером запнулся, - Простите, но я не имею чести вас знать, - Жером несколько расстеряно сказал это Бийо. -Должен заметить, гражданин Эбер, что вас было крайне трудно найти. Возникло ощущение, что молчание ваших работников является какой-то преградой, на пути к вам, естественная стена, так сказать, - с улыбкой сказал он Бийо.

Эбер: - О, я думаю, они просто заняты работой, хотя в случае чего эта стена, должно быть, может послужить весьма надежным сооружением... - "В случае чего ни одна стена, крепость и замок не смогут послужить мне надежным сооружением", - внезапно пронеслось у Жака в голове, но он быстро отогнал эту глупую мысль. - Это гражданин Бийо, мой хороший друг, монтаньяр и депутат Конвента. - опередил Бийо Эбер. - Что скажешь, Бийо, о нашей с Жеромом идее? - Эбер посмотрел на друга.

Бийо: Прежде, чем ответить, Бийо внимательно, не особенно скрываясь, посмотрел на молодого человека, отнюдь не производившего впечатления сдержанности и здравомыслия. Жан-Никола вполне допускал, что юноша способен на красноречие, которое он достаточно часто наблюдал в исполнении другого эфеба в Комитете, однако, в отличие от Сен-Жюста, этот вряд ли мог удержать вожжи, разогнав лошадей. Эбер что, ослеп? Или мальчик не настолько прост, как выглядит? - Я хотел бы узнать о ней побольше, - деликатно заметил Бийо, добывая кисет. - Вы позволите?

Эбер: От Эбера не укрылся проницательно-оценивающий взгляд Бийо на Жерома... Да, парень в самом деле выглядел не очень рассудительно и здраво, но Эбер почему-то доверял ему... Может, и потому, что сам очень редко был благоразумен. - Она очень проста... Жером собирает людей, они вооружаются... Я дам Жерому нужную бумагу, чтобы он взял парочку национальных гвардейцев для поддержания порядка. Сегодня я выступлю в Коммуне с обвинительной речью, сегодня же и все следующие дни мою газету будут читать люди...Мы просто доведём бриссотинцев и Комитет. Такой план.

Жером: Жерому показалось, что Бийо просто насмехается над ним. -Гражданин, а что вы видете плохого в этой идее?! Почему мы должны прятаться по углам и страдать от гнета врагов народа?! - Жером вел себя вызывающе, - Наш план хоть и прост, но смею вас уверить, он очень эффективен!

Эбер: - Ну что ты, Жером, - осторожно произнес Эбер, - гражданин Бийо не видит ничего плохого в нашей идее, он даже сам высказывал её мне... - Жак понял, о чем сейчас думает Бийо... Видимо о том, что Эбер совсем рехнулся, полагаясь на этого бесшабашного юнца. Эбер посмотрел на друга и неожиданно решил... - Я тоже там буду. Смотреть за порядком... немного со стороны. К тому же я думал о возможности сказать несколько слов народу... - Жак пока плохо себе это представлял, но уже решил, что ему и вправду неплохо было бы присутствовать при погромах.

Жером: -Вы, гражданин? - Жером был очень удивлен, - но что Вам там делать? Мало того, что там будут люди весьма негативно настроенные к напудренным парикам и сюртукам, так и опасность будет немалая! Они могут оказать нам существенное сопротивление, которое может кончиться гибелью людей! Вы не боитесь, что можете стать первой целью для ихних стрелков? - Жером внимательно смотрел на лицо Эбера, надеясь увидеть признак, пускай и мимолетного, страха.

Эбер: "Пугает он меня, что ли", - весело подумал Эбер и улыбнулся. "Хотя логика в его рассуждениях присутствует..." Но Эберу почему-то стало важным убедить Бийо в том, что погром - хорошая идея. - Мне приятно, что вы за меня так беспокоитесь, но, как я уже сказал, я буду наблюдать больше со стороны, в самую гущу я, естественно, не полезу. Я просто хочу проследить, чтобы все прошло успешно... Да и не привык я прятаться, когда народ творит справедливость. Я привык помогать ему в этом, и именно поэтому простые люди меня любят, - вполне искренне сказал Жак и повернулся к Бийо. - Что скажешь, друг мой?

Бийо: Бийо глубоко затянулся ароматным дымом. Казалось, Эбер, вслед за своим юным подручным, вовсе не отдает себе отчета в том, что говорит. Да что это на него нашло? - Скажу, что хотел бы поговорить с тобой наедине. Разумеется, если у гражданина Жерома нет возражений.

Эбер: Эбер уже понял, что юноша бесстрашен и за словом в карман не лезет... Прежде чем Жером успел горячо что-либо ответить на, с его точки зрения, должно быть, провокацию, Эбер в мгновение ока выпалил: - Не думаю, что гражданин Пикар против! Жером, подождите пару минут здесь, я сейчас вернусь, - и с этими словами Жак ловко подхватил Бийо за рукав и утащил с собой на лестничную площадку. В типографии был шум и это гарантировало не быть подслушанными. - Знаю, знаю, что ты скажешь, - Эбер развел руками. - Что это безумная дурацкая затея... Ведь так?

Жером: Жером с беспокойством посмотрел в сторону скрывшихся - он опасался, что его отличный план может быть еще более раскритикован Бийо и впоследствии, запрещен к исполнению.

Бийо: - Эта затея не была бы такой безумной, если бы не одно обстоятельство... Позаимствовав у одного из своих друзей привычку говорить, не вынимая трубки изо рта, Бийо сейчас невольно ею воспользовался. От Эбера можно было ожидать многого, но сегодня он превзошел сам себя. - Насколько давно ты знаком с этим народным трибуном? – Бийо коротко кивнул в сторону двери, за которой остался Жером.

Эбер: - Со вчерашнего вечера, - довольно неохотно протянул Эбер. - Мне он понравился. Молодой, радикальный, предан делу Республики, и ко всему прочему бесшабашный и смелый... Он бывал на войне, кстати говоря... В общем, идеальный вариант для проведения всякого рода... мероприятий типа того, что мы приготовили бриссотинцам. Вечером я буду недалеко и сумею проконтролировать его, если что... Я вроде бы ему понравился, он меня послушает.

Бийо: - Эбер... Слова «Комитет общественного спасения» тебе о чем-то говорят? Бийо сделал последнюю попытку достучаться до здравого смысла собеседника. Не объяснять же ему на пальцах, в самом деле, что хваткий юноша может с успехом донести на временного покровителя, тем самым убрав из-под удара собственную голову. - Гражданин Пикар говорил о возможной перестрелке. В кого он собрался стрелять? В бриссотинцев?

Эбер: - Друг мой, Жером и его компания не собираеются ни в кого стрелять. - "По крайней мере, я на это надеюсь.." - Он говорил о том, что это бриссотинцы могут ответить нам стрельбой, в чем я сильно сомневаюсь - мне думается, они забьются поглубже в свои норы, чтобы хотя бы лично не пострадать от рук "народовольцев"... Ты спрашивал о Комитете... Да, безусловно, риск огромный... Но должен же кто-то что-то делать! Нельзя сидеть сложа руки. Я не привык молчать, даже когда все остальные пытаются прикрыть свои задницы. И Комитет мне ничего не сделает, иначе народ сам кое-что сделает с Комитетом, и не надо мне говорить о Дантоне, ибо за ним идут те, кому удалось разжиться на Революции, а за мной идут массы бедных, которые отдали делу Республики все, не получив взамен ничего - и их больше. - Эбер представлял себе, насколько самоуверенно это звучит... Ну и черт с этим. "Такой уж я есть..."

Бийо: - Я не буду говорить тебе о Дантоне, - согласился Бийо. – А ты себя слышишь? Вчера ты познакомился с гражданином Жеромом. Сегодня ты готов идти с ним во главе вооруженной толпы и громить дома федералистов. Если Комитет узнает о том, чьих это рук дело, эшафота тебе не миновать. Даже если результат твоих действий окажется Конвенту на руку, им все равно потребуется козел отпущения, просто потому, что ни один погром еще не обошелся без лишних жертв. А если гражданин Жером подошел к тебе не просто так? Тебе не приходило в голову, что у тебя хватает недругов, желающих представить тебя перед Комитетом в роли контрреволюционера и преступника?

Эбер: - Приходило, - признался Эбер. - Но этот юноша... Бийо, поверь, я неплохо разбираюсь в людях... Он слишком молод, он идеалист, и он пока не отягчен мыслями о том, кого бы продать, чтобы устроиться поудобнее... Он слишком открыт и честен, видел бы ты, как он вчера хамил Робеспьеру с Сен-Жюстом только потому, что был уверен в своей правоте... Вряд ли он умеет притворяться. Да и к тому же... Вариантов кроме него нет. Не самому же мне, в самом деле, возглавлять банду санкюлотов... В этом случае вероятность того, что меня гильотинируют на следующий же день, куда больше, чем вероятность, что Жером окажется вражеским агентом. - Эбер положил Бийо руку на плечо и продолжил тихо и убедительно. - Бийо... Ты, пожалуй, мой лучший друг... И я очень благодарен тебе, что ты небезразличен к моей судьбе. Но я знаю, что делаю, всегда знал; все мои поступки, даже самые безумные, имели мотивацию... И я не могу поступить по-другому...

Жером: До Жерома доносились обрывки разговора. Несколько раз Жером слово "контрреволюционер", высказанные, несомненно, в его сторону... Жером улыбнулся - "все хваленые борцы за свободу, крайне ревностно относятся к своей славе и очень подозрительны... Жером хотел бы еще что-нибудь услышать, но Эбер с Бийо стали говорить тихо - видимо опасались, что их случайно услышат. Подойти же к двери и подслушать Жерому мешала совесть.

Бийо: - Хамство – не признак чистосердечия, - спокойно заметил Бийо. - Да, мне не хотелось бы видеть тебя на гильотине. Что заставляет тебя вмешиваться в эту сомнительную авантюру? Будь ты ровесником Жерома, я бы еще понял твое желание бегать по улице, размахивая пистолетом. Но ты, к слову, заместитель прокурора Коммуны и далеко не мальчик.

Эбер: - Сомнительная авантюра, - задумчиво произнес Эбер, отойдя немного в сторону от Бийо. - Ты повторяешь слова Неподкупного... Понимаю, бескорыстность моих замыслов вызывает сомнения, я же не гражданин Робеспьер... - последние два слова Эбер произнес издевательски-официальным тоном. - Однако, Бийо, ты можешь мне предложить нечто иное? Если твои мысли и тут сойдутся с мыслями Неподкупного, и ты аналогично ему предложишь мне заняться сидением сложа руки, то при всем уважении к тебе я откажусь от твоего варианта.

Бийо: Бийо ответил не сразу, а несколько минут пристально смотрел на собеседника, будто надеялся, что Эбер шутит. Но нет же. Жак был вполне серьезен. Странно, до сих пор они неплохо понимали друг друга, а вот сегодня заговорили на разных языках. - Тебе не кажется, что ты смешиваешь приватное с государственным? - промолвил он наконец. - Робеспьер на моем месте и не вздумал бы тебя отговаривать. Хорошо, я выбрал дурное определение. Не «сомнительная авантюра». Преступление против законов Республики тебе нравится больше?

Эбер: - Ладно, с Жеромом я не пойду, - согласился Эбер, понимая всю логичность слов Бийо и разворачивая план своих действий на сто восемьдесят градусов, как с ним часто бывало. - Тогда лично я никакого преступления не совершу. Но вот сам Жером уже настроился показать федералистам, где раки зимуют. Не будем же ему мешать! Юноша рисковать любит, не будем же посягать на законы Республики, лишая гражданина Пикара права восстановить справедливость.

Бийо: Во взгляде Бийо отчетливо читалось облегчение. Он молча кивнул, хлопнул Эбера по плечу и знаком предложил вернуться в комнату, где оставался будущий погромщик.

Эбер: Эбер улыбнулся другу, открыл дверь и, пропустив туда Бийо, зашел вслед за ним. - Не заскучали еще, Жером? - Жак закрыл дверь и полез во внутренний карман сюртука. Вынув оттуда какую-то бумагу, просмотрел их и протянул Жерому. - Здесь адреса федералистов... И еще... Пожалуй, ты был прав, ты прекрасно справишься сам. Я не пойду с тобой.

Жером: -Да нет, тут не заскучаешь, - Жером усмехнулся, - уже пять минут набюдаю, как рабочие выясняют отношения. Жером указал рукой на окно, откуда хорошо был виден Двор Кузнецов. -Адреса уже готовы? - Жером взял бумагу и быстро пробежал глазами написанное, - Хм.. Адресов даже меньше, чем я думал... Ну, тем лучше, быстрее управимься. Думаю, это все. Я в данный момент не нужен?

Эбер: - Нет, Жером, вы можете идти, - Эбер внимательно посмотрел на юношу. - И надеюсь увидеть вас завтра... в добром здравии. - Жак улыбнулся и пожал юноше руку.

Жером: Жером усмехнулся: -Хочется в это верить. Черт один знает, что ожидать от нашего врага... Но в любом случае, долг я свой исполню до конца! Мерси за адреса, гражданин, до завтра, - Жером пожал руку Эберу, улыбнулся и вышел.

Эбер: Эбер еще несколько мгновений задумчиво смотрел на Бийо, потом подошел к окну. Привычно оглядев двор, он вздохнул, понимая, что просто невероятно хочет узнать, что будет завтра... День начался так, как он задумал. Так ли гладко пройдет его остальная часть?...



полная версия страницы