Форум » Париж, лето 1793 » Вопрос ребром. Комитет общественного спасения. 18 июня, утро » Ответить

Вопрос ребром. Комитет общественного спасения. 18 июня, утро

Верховное Существо: 9 часов уже пробило, но в павильоне Флоры царило безмолвие, а "зеленая комната" была пуста - если не считать извечного "творческого беспорядка" на столе, покрытом зеленой скатертью. Члены правительства начали подтягиваться, по своему обыкновению, лишь к половине десятого. Деловой и даже озабоченный вид, с которым каждый из них устраивался за столом, в этой обстановке казался насмешкой над всем происходящим, и подчас сами государственные мужи не могли удержаться от виноватых улыбочек.

Ответов - 68, стр: 1 2 All

Луи Антуан Сен-Жюст: - Спровоцировать на что? На новые жалобы? - процедил Антуан. - Не слишком ли трепетно мы заботимся о нуждах арестованных? Еще немного, и заключенные в Консьержери и Аббатстве начнут диктовать нам свои условия, требуя предоставить им поваров, ювелиров или модисток. Ежели гражданин Камбон считает, что поведение регулярных ревизий - слишком хлопотное дело... - Сен-Жюст сделал паузу и обвел взглядом присутствующих. - Предлагаю ежемесячно выдавать бриссотинцам определенную сумму из фонда арестованных средств. Достаточную, чтобы не испытывать нужды в самом необходимом, но не более того. Скажем, в размере половины и трех четвертей депутатского жалования. Приятно улыбнувшись, Антуан умолк.

Верховное Существо: Камбон начал слушать Сен-Жюста с глубоким удовлетворением. Он, признаться, даже не ожидал услышать от него столь здравые речи. Правда заключительный аккорд заставил его поперхнуться: на депутатское жалованье и так невозможно прожить, а уж на половину его... - Мне нравится это предложение, - заявил Камбон. - Разумеется, сумму содержания я бы назначил побольше. Но в целом идея здравая.

Эро де Сешель: - Граждане, вы с ума сошли! - Эро почувствовал, как краска отлила от лица. - Мы совещаемся здесь затем, чтобы уладить дело миром. Антуан, вы, должно быть, перепутали суть вопроса - речь о том, как облегчить режим бриссотинцев во имя общего спокойствия, а не ужесточить его.

Луи Антуан Сен-Жюст: - Это вы что-то путаете, - немедленно отозвался Сен-Жюст. - Облегчать жизнь гражданам, что и так практически беспрепятственно разгуливают по городу, посещают увеселительные заведения и устраивают пирушки с женщинами сомнительно поведения? - Он с любопытством взглянул на Сешеля, будто бы увидел его впервые. - Невероятно мягкие условия! И как они отплатили нам за милосердие и снисходительность. Ведут себя вызывающе, требуют денег... Согласно рапорту одного из охранников наших друзей, имеют место попытки оскорбить этих честных служак и даже попытка рукоприкладства со стороны одного из поднадзорных. Я полагаю, что в подобных условиях, - заключил он, - сокращение финансирование пойдет бриссотинцам только на пользу. Эти граждане наконец задумаются о своем положении, коли не сочли нужным сделать это за последние три недели. Чуть помолчав, он вежливо кивнул Камброну: - Размер содержания, я считаю, не должен позволять поднадзорным вести себя чрезмерно свободно. Сумма же, высчитанные исходя из размеров депутатского заработка, лишний раз напомнит им о том, что они находятся... находились на службе у Республики. Вы возьметесь составить набросок такого расположения? Но если вы все же настаиваете на какой-то иной сумме выплат, давайте обсудим это еще раз.

Эро де Сешель: Это начинало походить на нелепый сон. Перевернуть все с ног на голову! Особый талант, не иначе. Эро огромным усилием заставил себя встряхнуться, напомнив, что пока идет лишь обсуждение. И Сен-Жюст в меньшинстве. Изобразив усмешку, он посмотрел на Камбона с выражением "Чего ж вы хотите от этого молодого человека? И вот так каждый раз". - Отлично, Антуан, - неспешно проговорил он, - решите посадить их сразу в тюрьму. Казенная еда, отсутствие беспокойства для вашей занятой натуры... ах, что же это я? Последуем совету Марата рубить головы и казним бриссотинцев немедленно, так не придется тратиться и на пропитание.

Дантон: - Не надо драм, - сказал Дантон Эро. - Не заводись. Казнить бриссотинцев проще простого. Если б мы это сделали, народ был бы с нами, и мы разом избавились бы от стольких проблем. А мы стараемся, ценой собственных удобств, быть с ними великодушными. Нас не в чем упрекнуть, ты не находишь? Теперь по делу. Я против выдачи бриссотинцам даже ограниченных сумм на руки. Хотя бы потому, что любую сумму при желании можно припрятать под перину, потом дождаться следующей выплаты, и следующей... И таким образом постепенно накопить капиталец, которого как раз хватит на какую-нибудь пакость.

Луи Антуан Сен-Жюст: Позиция Дантона, определенно, нравилась Антуану. Он чуть подался вперед, всем своим видом давая понять, что, пожалуй, готов отказаться от собственного предложения в пользу мудрого решения Жоржа, если бы не некоторые детали. - Но содержать поднадзорных бриссотинцев за государственный счет видится мне неразумным, - вежливо заметил он. - Пусть идут в ход их собственные арестованные доходы.

Бертран Барер: Бертран молчал. Не то, чтобы у него не было слов, но поведение Жоржа заставило его придержать эти слова при себе. Дантон его удивил, поддержав Сен-Жюста; это заставило Барера насторожиться. Такой альянс был ему не по душе и ставил под угрозу слишком многое, включая жизнь. Им не привыкать играть с огнем, но все же Бертран желал бы прожить подольше. Даже если бы это значило переметнуться в другой лагерь. Нет, не к роялистам, конечно, эту возможность Барер не рассматривал всерьез, но насколько будут благодарны Бриссо и его коллеги, узнав, что он, Бертран Барер, отважно их защищал с риском для своей жизни? Конечно, чтобы эта благодарность получила некоторый вес, следовало потрудиться. - Жорж, я не узнаю тебя. Ты боишься бриссотинцев, как хорошенькая парижаночка крыс.

Дантон: Дантона было не поймать на "слабо". - Потому что они крысы и есть, - объяснил он спокойно, - и грязные приемы любят использовать не меньше, чем иные из нас. Доверять им будет величайшей ошибкой. Я дал слово, что им не причинят зла, и сдержу его. Но давать им в руки оружие против нас я не собираюсь.

Жорж Огюст Кутон: - Мы возвращаемся к тому, с чего начали, граждане, - подытожил Кутон. - Итак, решено оставить финансирование по запросу. А как быть с иной частью вопроса - назначенным комиссаром? Кто желает высказаться? Гражданин Камбон, может быть, вы? У вас есть иная подходящая кандидатура? Вы, Дантон, говорили о волках и овцах, но мы по-прежнему ходим вокруг сарая для скота, не видя ни тех, не других.

Верховное Существо: - Я?! - Камбон даже не попытался скрыть свое удивление и негодование. - Нет уж, коллеги, увольте, у меня много работы... Не говоря уж о неприятных последствиях, которое будет иметь замена комиссара.

Эро де Сешель: Завоеванные позиции терялись, и Эро рискнул временно отбросить игры. - У нас всех много работы, дорогой Пьер Жозеф, однако вы ведаете финансами. Если кандидатуру выдвинете вы, и распишите преимущества этого, шума будет меньше. Жорж Огюст прав, проблему бриссотинцев надобно решать полно и законным образом. Кто еще, кроме финансового гения, сумеет справиться с этим?

Луи Антуан Сен-Жюст: - Я так и не услышал ответа, чем почтенное собрание не устраивает нынешний комиссар, - напомнил Сен-Жюст. - Бедняга виноват лишь в скверноем и капризном норове своих подопечных...

Эро де Сешель: - Вы так и не услышали! - с трагической ноткой возвестил Эро. - О, какое несомненное наше упущение, граждане! Антуан, напомните нам: вас уже избрали главой Комитета и в ваш кабинет должны были предоставить доклады?

Луи Антуан Сен-Жюст: Сешель как обычно встрял и нарывался на ссору. Ну что ж, пусть лучше это происходит публично. Чем больше свидетелей подтвердит при случае, что гражданин Сешель в очередной раз всеми силами стремится к скандалу, тем лучше. - Не пытайтесь уклониться от темы разговора! - резко бросил в ответ Антуан. - Как вы печетесь о нуждах и процветании бриссотинцев... А голову я с тебя однажды сниму, промелькнула неожиданно ясная и четкая мысль. Приложу к тому все усилия.

Эро де Сешель: Манеры и приемы Сен-Жюста были достаточно изучены (возможно, подобным могла похвастаться и другая сторона, но это было неизбежным осложнением), и Эро рассчитанно изменил тон - на привычный шутливо-снисходительный: - Гражданин Сен-Жюст, вы плохо понимаете шутки. Я всего лишь подчеркнул, что у вас большое будущее. Что питает таланты юношей? Надежда, скажу я, и вряд ли ошибусь в этом. Посему теперь, разъяснив вам свои речи, отвечу по сути вопроса. Комиссар Жекруэл, насколько мне известно, образован. Но образованность образованности рознь, не так ли? В каком коллеже? Родился он в провинции, и даже не в городе... Все это не имело бы значения при надзоре за лицами иного круга. Уважаемые коллеги, - тон Сешеля стал совершенно серьезным, - вы знаете, что по происхождению я далеко не санкюлот. Мои мысли теперь с народом, но осмелюсь совершить признание, что также я не утратил способности понимать людей иного круга. Недостаток при иных обстоятельствах: задумай я измену, к примеру, - Эро улыбнулся, - но порой мощное подспорье в делах республиканских. Не стоит забывать, кто наши арестованные, и всей душой я верю, что конфликт от недопонимания не менее серьезен, чем по причине другого, более конкретного, характера. Мне горько думать, что злоключения с этим арестом будут продолжаться лишь по причине разницы душевного склада, обостряя сферы более... материальные. Более того, я склонен считать это назначение возможной провокацией со стороны Коммуны, что должно принудить нас к более активным действиям. Как неразумно, коллеги, - самим находить поводы для столкновений! Разве мало у нас иной, более важной, работы? Я за иную кандидатуру.

Бертран Барер: Барер досадливо поморщился: Сешель подставлялся, очень неудачно подставлялся. Ему это припомнят, подумал Бертран, пытаясь скрыть за маской скуки неудовольствие. Нашел, какую тему затронуть! Он сложил ладони домиком, собираясь с мыслями. - Граждане, я не во всем согласен с моим уважаемым коллегой, но одно бесспорно: нынешняя кандидатура комиссара не является удовлетворительной. Он нерешителен, боится ответственности и не способен отличить заговор и измену от простой просьбы. Антуан, я допускаю, что Жекруэл хороший человек, но в наше время мало быть хорошим человеком. Надо обладать определенными талантами, чтобы быть полезным нашей молодой республике. Конечно, патриотизм и желание быть полезным это уже немало, но позвольте напомнить вам, что услужливый дурак много опаснее врага. К чему раздувать конфликт там, где его можно избежать? Ведь на решение этого конфликта придется затратить много сил, отрывая наше внимание от дел неизмеримо более важных.

Верховное Существо: Глубокая морщина на лбу Дантона начала разглаживаться: теперь речь шла всего лишь о смещении этого несчастного комиссара, который никому не нужен и которого никто не знает, а о блее радикальных проектах, кажется, благополучно забыли. Но Камбон продолжал нервничать. - Может, я предложу вам человека из своего ведомства? - спросил он. - Или вам желательно, чтобы счетами арестованных занимался именно я?

Луи Антуан Сен-Жюст: - Кого вы можете предложить? - мрачно поинтересовался Антуан. Он уже понял, что сейчас находится в меньшинстве, и желал хотя бы проконтролировать замену. Что же касается беднягу комиссара, он все равно будет иметь его ввиду, когда потребуется надежный человек.

Верховное Существо: - Пройдите в соседнее помещение и выберите любого, - предложил Камбон. - Все мои люди исключительно толковые и испытанные патриоты, других не держим.

Эро де Сешель: - Ах, разумеется, вы можете назначить кого угодно! - Эро привычно изобразил нужный тон, примешав к естественному удивлению удивление нарочитое. - Речь о том, любезный Пьер Жозеф, что кандидатура от вас будет и умна, и талантлива, и разносторонне даровита, ведь в Комитете финансов нет случайных людей. Иначе гражданин Сен-Жюст непременно отметил бы в одном из своих докладов его недостатки, вопросам ведомств он уделяет большое внимание, - на сей раз Эро остался совершенно серьезен.

Жорж Огюст Кутон: - Гражданин Камбон, никто не знает ваших людей лучше вас, - резонно отметил Кутон. По его мнению, это само собой разумелось. Комитет финансов был неотъемлемым по значению, но отдельным ведомством, и здесь Кутон полагался на непосредственного главу - благо Камбон заслуживал доверия.

Верховное Существо: - Если выбор доверен мне, - Камбон склонил голову, - я должен подумать. Посмотрю, кто из моих людей менее загружен работой.

Бертран Барер: - Посмотрите, - Барер кивнул. – Разумеется, это должен быть человек, не только как можно менее загруженный другой работой, но и подходящий. Обратите на это особое внимание. Бертран  вздохнул и бросил мимолетный взгляд на Дантона. - Граждане, я надеюсь с этим вопросом мы закончили и можем переходить к остальным делам? – спросил он не без некоторой иронии в голосе. Прошение Верньо было удачно забыто за обсуждением кандидатуры, а там, надеялся Бертран, Камбон подберет человека, снисходительно относящегося к бриссотинцм и их нуждам и трезво смотрящего на вещи. И, конечно, - Барер мысленно фыркнул, - без свойственной некоторым коллегам истеричной подозрительности.

Дантон: - Наконец-то, - тяжко уронил Дантон, скорбно качая гововой. Ну и к чему они, спрашивается, пришли? Поменяли шило на мыло - комиссара на пока еще неизвестного камбонова молодчика. По сути, ничего страшного, по форме же... Коммуна наверняка будет вонять. Ну да ладно, Жорж-Жак был зол на них после погрома и был рад насолить хотя бы так. И хорошо, что не восторжествовала идея давать бриссотинцам деньги лично в руки и прочая нелепая в нынешних обстоятельствах филантропия. - Надо, пожалуй, обрадовать Верньо... Хотя нет, рано. Когда узнаем, кто будет заниматься его денежными делами, тогда и напишем ему.

Эро де Сешель: - Прелестно, Жорж, - заключил Эро. - Снова я слышу голос разума, и снова этот голос твой. Разумеется, мы все будем молчать подобно рыбам в Сене. - От торжествующего взгляда на Сен-Жюста он удержался - это было слишком мелочно.

Жорж Огюст Кутон: - Гражданин Камбон, у нас больше нет к вам вопросов, - подал голос Кутон. – Вы можете идти, если, конечно, не хотите поучаствовать в этом заседании до конца.

Верховное Существо: Камброн поднялся с места и с достоинством достоинством остающимся легкий поклон. - Прекрасно, граждане. Я подыщу подходящего для ваших нужд человека и сообщу об этом. Доброго дня. Распрощавшись, он поспешил ретироваться, покуда его здесь не заняли еще какими-нибудь подобными мелочными делами. После ухода финансиста большинство присутствующих вздохнуло с явным облегчением: щекотливый вопрос был разрешен, и можно было заняться текущими делами. Лишь Дантон и Сен-Жюст до конца заседания продолжали хмуриться.



полная версия страницы