Форум » Дело Дантона (игра завершена) » 096. Подведение итогов (заключительная) » Ответить

096. Подведение итогов (заключительная)

Верховное Существо: Дом Дюпле, 15 жерминаля. Семейный обед. Середина дня. После казни.

Ответов - 162, стр: 1 2 3 4 5 All

Луи Антуан Сен-Жюст: - А я стараюсь для Франции! - продолжал хмуриться Антуан. - И для тебя тоже, - добавил он чуть мягче. - Люди, в большинстве своем, слушают тебя и готовы следовать указанным тобою путем. Мое же дело - быть на страже народных интересов. Но народ бывает неразумным, тогда мне приходится следить, чтобы осторожным был уже ты.

Робеспьер: -Благодарю тебя, Антуан, но за мной следить не нужно: я как-нибудь сам разберусь, - отрезал Робеспьер. - Следи лучше за собой... и будь умереннее в питии.

Луи Антуан Сен-Жюст: Сен-Жюст немного помолчал. Спорить было - что биться лбом о стену, но Сен-Жюст почитал своим долгом донести до сознания Робеспьера собственные опасения. - Макс, мы все погорячились и наломали дров. Но нужно жить дальше, хотя теперь нам будет труднее, нет больше прикрытия в лице Жоржа. Мы будем строги и непреклонны, это сейчас единственный способ сохранить авторитет. В самое ближайщее время предстоит устранить поледних выживших приспешников Дантона, что еще сильнее раскачает лодку Республики, но я понимаю, что это совершенно необходимо... Антуан облизнул пересохшие губы и снова замолчал. Как объяснить, как сказать, что хотя он и считает этот путь излишне опасным и предпочел бы иной, но все равно никогда не оставит Робеспьера одного? Не умоет обагренных кровью рук, не уйдет в тень, а будет рядом, чтобы вместе с ним отражать удары врагов?

Робеспьер: Наконец-то Антуан заговорил разумно. Браво. -Выживших приспешников Дантона можно пока оставить в покое, - проговорил Робеспьер раздумчиво. Теперь он мог позволиь себе великодушие и умеренность. - Во всяком случае, до поры до времени. Возможно, они образумились.

Луи Антуан Сен-Жюст: - Нет, заразу нужно изничтожить под корень, - вздохнул Антуан. - Теперь это необходимо как никогда, иначе мы упустим бразды правления. Видишь, я от тебя ничего не скрываю. Нам всем теперь будет трудно, но жребий брошен, и мы должны будем пройти этот путь до конца.

Робеспьер: -Это невозможно, Антуан, - возразил Робеспьер. - Это не просто чудовищно с моральной точки зрения, но и невыполнимо по ряду причин. Он не собирался вдаваться в подробности и объяснять, что изничтожать врагов под корень - дело невыгодное и гораздо разумнее, напротив, даровать им пощаду, и тогда они, обязанные жизнью, станут самыми верными. Сен-Жюст никогда не поймет таких рассуждений.

Луи Антуан Сен-Жюст: - От чего же? - искренне изумился Антуан. До сих пор Робеспьер, со его мягким характером, пусть неохотно, но соглашался с необходимостью казней всех несогласных. - Я не допускаю самой мысли о том, что можно бросить это дело на полпути.

Робеспьер: -Ты не понимаешь и никогда не поймешь, Антуан, - вздохнул Максимильен. - Право же, тебе лучше вернуться в армию - ты на своем месте там, а не в стенах Конвента.

Луи Антуан Сен-Жюст: Тут уж Сен-Жюст оскорбился. - Кажется, ты забыл, кто отправил на казнь тирана Капета, кто написал Конституцию, кто обвинил Эбера... - Антуан с трудом, но приподнялся на локте. - Это слишком! У тебя пятитысячное сообщение

Робеспьер: -И что? - спросил Робеспьер опасно тихим голосом, прищурившись. - Что ты этим хочешь сказать? Требуешь награды за свои подвиги?

Луи Антуан Сен-Жюст: - А полагаю себя в праве требовать того, что причитается мне по справедливости! Антуану было крайне неприятно думать, что Робеспьер может вот так, запросто попытаться перечеркнуть все его достижения.

Робеспьер: -И какого рода награда тебе нужна? - уточнил Робеспьер вкрадчиво.

Луи Антуан Сен-Жюст: - Я не желаю, чтобы мною распоряжались. Антуан поди туда, Антуан сделай это... Я хочу... Я... - Сен-Жюст досадливо хлопнул себя по колену. - Макс, почему ты меня совершенно ен уважаешь? Ты ни во что меня не ставишь!

Робеспьер: Резкий ответ уже вертелся на языке у Робеспьера. Что-нибудь вроде: "Кто не способен жить своим умом, тем всегда будут распоряжаться другие, и для тебя же лучше, чтобы тобой распоряжался тот, кто хотя бы умеет это делать". Но он в последний момент удержался от этих слов. Он смертельно устал и был раздражен, но ссориться с Сен-Жюстом сейчас не стоило. В будущем он наверняка еще пригодится. -Я тебя очень уважаю, - сказал Робеспьер устало. - Но только когда ты трезв и в здравом уме. Если нуждаешься в уважительном отношении постоянно, изволь не напиваться, хотя бы.

Луи Антуан Сен-Жюст: - Как я могу не напиваться?!! - неожиданно всхлипнул Антуан, и поспешно начал охлопыватьсебя по карманам в поисках платка. - Я так стараюсь для страны, но не вижу никаких результатов. Понимаешь? Никаких! По моим расчетам, с террором должно было быть покончено еще минувшей осенью, но мы до сих пор не можем закончить революцию. Почему так происходит? А ты, которому я всегда так доверял, ты завел от меня какие-то секреты... - Сен-Жюст вспомнил, что говорил Лазар про Демулена, и его глаза вновь наполнились слезами. Ты мне совершенно не доверяешь, и это оскорбляет меня больше всего.

Робеспьер: Чем дальше, тем сильнее этот разговор утомлял и раздражал Робеспьера. У Антуана все смешалось в кучу - террор, завершение революции и тут же какие-то совершенно личные претензии к Максимильену. - Антуан... - он закатил глаза. - Это ребячество. Прекрати, пожалуйста, молоть вздор, не настолько уж ты пьян, я надеюсь.

Луи Антуан Сен-Жюст: - Ты опять уходишь от ответа! - Антуан сел на кровати и вцепился Робеспьеру в отворот сюртука. В трезвом состоянии он никогда бы не позволил себе таких фамильярностей, но сейчас его это не волновало.

Робеспьер: -От какого ответа? - Робеспьер принялся методично отцеплять пльца Сен-Жюста от лацкана. - На какой из твоих вопросов я должен ответить в первую очередь? Ты задал их слишком много, и ни слабо связаны друг с другом.

Луи Антуан Сен-Жюст: - Опять стараешься уйти от ответа, - умилился Антуан, неохотно разжимая руки. - Макс, я хочу знать, куда ты меня завел. Что стало с революцией, о которой мы мечтали? Почему все пошло наперекосяк?!! И уже во всю рыдающий Сен-Жюст уткнулся лицом в накрахмаленные кружева на груди Робеспьера.

Робеспьер: -О господи... - вздохнул Робеспьер. И это было все, что он мог сказать в эту минуту, - он, кто всегда был способен с такой легкостью произнести множество трескучих фраз о том, что победа уже близка, осталось одно последнее усилие, и добродетель восторжествует над пороком...

Луи Антуан Сен-Жюст: А Сен-Жюст отчаянно рыдал и бестолково цеплялся за Робеспьера. Он оплакивал все свои несбывшиеся надежды, пока еще смутные, но тягостные сомнения в будущем, всю накопившуюся горечь и усталость. Ведь они хотели как лучше. И дальше будут следовать избранному пути, пусть даже тем самым навлекая на себя гнев и непонимание. Они будут и дальше делать черную и кровавую работу. Не для себя, ен для собственной выгоды, а ради того, чтобы Франция однажды стала свободной, счастливой... как древняя Спарта.

Робеспьер: -Довольно, Антуан, - сказал Робеспьер, стараясь, чтобы тон был как можно более мягким и сочувственным. - Нет повода для слез, это просто кратковременное уныние, котрое надо прогнать. Мы будем жить дальше и доведем наше дело до конца.

Луи Антуан Сен-Жюст: - Об-бязательно, - всхлипнул Сен-Жюст. - Но меня гложат сомнения. Принесут ли наши усилия плоды?

Робеспьер: -Принесут, - пообещал Робеспьер, проклиная про себя перепившего сопляка. - Обязательно. Ты должен верить мне, Антуан.

Луи Антуан Сен-Жюст: Сен-Жюст с величайшим трудом подавил желание промокнуть мокрое от слез лицо многочисленными оборками робеспьеровой сорочки. - Я верю тебе, - пробормотал он. - Если я однажды перестану верить тебе, то... Кому в этом мире тогда вообще можно доверять?

Робеспьер: -Во именно, - поддержа Робеспьер. - Нам остается только быть вместе, хотим мы того или нет. Все другие пути для нас закрыты.

Луи Антуан Сен-Жюст: Сен-Жюст чуть напрягся. Он и сам догадывался, что давно встал на путь, с которого уже не сойти, не свернуть в сторону, но признаться в этом вслух... От этого на душе стало горько, но в то же время так легко... Просто идти и делать свое дело, раз выбора все равно нет. Антуан поднял лицо и вымученно улыбнулся: - Спасибо.

Робеспьер: -Ты успокоился? - спросил Робеспьер, не отвечая на слова благодарности (хотя и не вполне понял, за что его благодарят).

Луи Антуан Сен-Жюст: - Почему ты спросил? - Сен-Жюста насторожил тон Робеспьера. Только что его заботливо утешали, теперь же снова начнут бранить за неподобающее поведение. Минутная поблажка была как неожиданна, так и приятна. Когда еще доведется получить немного тепла?

Робеспьер: -Потому что внизу много гостей, - объяснил Робеспьер. - Не хватало еще, чтобы они стали свидетелями твоей истерики. Твоего поведения за столом для них вполне достаточно.

Луи Антуан Сен-Жюст: - Я бы хотел еще немного побыть здесь, собраться с мыслями, - осторожно взвешивая слова произнес Сен-Жюст, хотя в этот момент снова готов был разрыдаться. Вино все еще бродило в крови, и Антуану казалось, что Робеспьер просто-напросто хочет от него отделаться поскорее.

Робеспьер: -Но это неприлично, - возразил Робеспьер. - Нехорошо уединяться здесь, тем блее в такой ден, нас ждут. Дать тебе еще уксуса?

Луи Антуан Сен-Жюст: - Не хочу... уксуса, - заявил Антуан, снова тяжело опускаясь на кровать. Голова слегка кружилась, и голос Робеспьера звучал как будто издалека.

Робеспьер: "А придется", - подумал Робеспьер, снова выливая уксус на платок. -Антуан, так не годится. Что за поведение? Соберись и держи себя в руках!

Луи Антуан Сен-Жюст: Робеспьер говорил дело, и какая-то часть Сен-Жюста привычно соглашалась на разумный аргумент. Другая еще сопротивлялась, но... - Я постараюсь... Еще несколько минут.

Робеспьер: -Хорошо. Вот, выпей воды, - Робеспьер наполнил стакан из графина, стоявшего на столе.

Луи Антуан Сен-Жюст: Антуан подавил вздох, но выполнил требуемое. В голове немного прояснилось.

Робеспьер: Робеспьер мучительно размышлял, что бы еще предложить, чтобы привести молодого человека в чувство. Какая странная истерика, Сен-Жюст никогда таким не был, за время их знакомства с Максимильеном он вроде бы научился держать себя в руках.

Луи Антуан Сен-Жюст: Сен-Жюст поставил на край стола пустой стакан и тоскливо огляделся по сторонам. Сейчас он встанет, поправит сюртук и вслед за Робеспьером спустится вниз, где ждет почтено семейство Дюпле и Огюстен. Он корил себя за то, что так и не смог подобрать слов, чтобы выразить Робеспьера все свои сомнения и опасения. То, что он сказал, оказалось недостаточным. Макс не верил, а Антуан не знал, что еще можно сказать, как убедить... Поэтому просто молчал. И корил себя за молчание. Остается только одно - быть рядом, быть настороже... И как только вновь появятся признаки кризиса в стране, который сейчас удалось немного отсрочить казнью Дантона, он постарается принять удар на себя. Раз не смог убедить словами, придется доказывать делом...

Робеспьер: Антуан, кажется, становился прежним, и это было хорошо. Слезы и истерики раздражали Робеспьера - особенно со стороны того, кто должен быть поддержкой и опорой. Должен быть, и есть, но всегда ли будет? Дело Дантона окончательно убедило Робеспьера в том, что нельзя доверять никому. Если даже Камиль, и тот предал, то чего можно ожидать от Сен-Жюста - от совершенно чужого, в сущности, человека? Он понимал, что должен быть доволен сейчас. Он ведь получил то, что хотел. Правда, ему пришлось заплатить за это некоторую цену, но ничто в жизни не дается просто так. "Ты победил", - мысленно сказал себе Робеспьер, поправляя галстук перед зеркалом, и попытался улыбнуться, но в глазах улыбки не отразилось. Ничего, он еще привыкнет к этой мысли. Завтра он проснется с чувством огромного облегчения. Бояться больше некого, у него теперь развязаны руки отныне и навсегда, и никто больше не встанет у него на пути. -Ты готов, Антуан? - спросил Максимильен. - Пойдем вниз. Право же, сидеть здесь так долго неприлично.



полная версия страницы